Принцесса. Сборник новелл о любви. Том 2

Такими были зоологи Антоний и Кшатр, которые в свое время направляли развитие первого племени поселенцев в Атлантиде их первых воспитанников Атолла и Ниссо. Когда миссия ученных- зоологов была выполнена, они добровольно согласились хранить свой интеллект в синтезированных кристаллах. И Антоний и Кшатр ушли в глубокий анабиоз тут в лаборатории хранилища с последующей трансформацией в кристаллы жизни. И сейчас Кшатр размышлял, как вернуть их в свой мир. Сделать своими соратниками и единомышленниками. Размышляя над

этим, он не заметил, как в его кабинет вихрем ворвался Ареал.

– Кшатр! – Воскликнул вошедший. Ученный вздрогнул. Этот возглас вернул его к действительности, и в мгновение подсознание ученого включило волновую защиту. Мерцающий голубоватым отблеском ореол охватил фигуру старца.

– Как ты это делаешь?! – не без зависти спросил Ареал.

– Не забывай, сын мой, что мне много миллионов лет.

– Я пришел тебе сообщить, что сюда едут эти люди, фон Фирс и генерал Гаринов.

– Ты хочешь использовать генерала с его воинами Кразимовым и Собиновым, как приманку для Селенитов?!

– Именно так! – надменно выпалил Ареал.

– Ты очень самонадеян!

– Только таким образом мы увидим слабые стороны врага. А твои люди, Дамиан, Эраст и Орест завершат разгром этих взбунтовавшихся бестий.

– Я сомневаюсь в этом твоем начинании.

– Это почему же?! – наседал Ареал.

– В- первых ты очень самонадеян.

– Я уже это слышал. Но это мне не мешает мне быстро решать проблемные вопросы. И вообще мне с тобой нет времени решать воспитательные проблемы.

– Я уже начал процесс.

– Я это сделал бы это уже давно, будь у меня доступ к хранилищу.

«Будь у тебя доступ к хранилищу, ты бы разрушил Землю». – Подумал Кшатр, а вслух добавил: – Ты помни одно, в первую очередь наш уговор!

– Я помню! Мои люди Гаринов генерал, Кразимов и Собинов! Твои: Дамиан, Эраст и Орест!

– Ну, что же, что не смогут выполнить твои люди, доделают мои.

Ареал удалился стремительной походкой из кабинета Кшатр и направился в свои апартаменты. Ученый остался один, погрузившись в размышления. Ареал подстегнул его. Для того, чтобы мысли привести в порядок он решил еще раз зайти в лабораторию хранилища и еще раз проверить восстановительные процессы своей так называемой Твердой руки. Так любовно Кшатр стал называть своих соратников востанавливающихся там.