«Не было Сталинских репрессий»

 \3\

\В 1932 году Троцкий призвал в «Бюллетене оппозиции»: «Сталин завел вас в тупик… Нельзя выйти на дорогу иначе, как ликвидировав сталинщину… Надо – убрать Сталина».

Сталину доложили: в стране действует троцкистская антисталинская организация во главе с «твердыми большевиками». \5\

\В 1932 году зафиксированы огромные хищения кооперативного и колхозного имущества, хищения грузов на транспорте. Сталин потребовал перейти к карательным мерам: аресты вплоть до расстрелов.

В августе арестовано 640 человек, осуждены: 43 человека к расстрелу, 160 к заключению на 5—10 лет.

\В октябре Политбюро потребовало усилить работу по хлебозаготовкам на Кубани: было исключены из партии 43 процента коммунистов, 5 тысяч арестовано. Всего на Северном Кавказе лишились свободы 15 тысяч человек. \3\

\В декабре глава Украины (первый секретарь ЦК компартии Украины) Косиор доложил Сталину: «За ноябрь арестовано 1830 работников колхозов, переданы в суд 206 групповых дел кулацких и антисоветских элементов».

И в то же время Сталин понял узость одних только карательных мер действующих регионалов.

\1933 год. Региональные начальники, прошедшие школу Гражданской войны, продолжали действовать методами угроз и насилия. Размах репрессий ширился. Так в одном из районов были «оштрафованы» 3350 хозяйств из 13813 (изъяли почти все продовольствие и скот), выселены из домов 1090 семей. Из 52 069 жителей этого района 3128 были арестованы органами безопасности, милицией и сельсоветами, осуждено по приговорам нарсуда и по постановлениям ОГПУ – 2300.

\Из писем Шолохова Сталину: «За несдачу хлеба людей зимой выгоняют из домов, вместе с детьми, греются возле костров, женщина с грудным ребенком всю ночь ходила по хутору и просила, чтобы ее пустили с ребенком погреться. Не пустили, боясь, как бы самих не выселили. Под утро ребенок замерз на руках у матери. Колхозницам обливали ноги и подолы юбок керосином, зажигали, а потом тушили: «Скажешь, где яма? (с хлебом) Опять подожгу!» Допрашиваемую клали в яму, до половины зарывали и продолжали допрос.

Заставляли одного единоличника стреляться, дали в руки наган: «Стреляйся, а нет – сам застрелю!» и т.д.»

Сталин распорядился помочь области зерном, но отметил: «Чтобы не ошибиться в политике (Ваши письма – не беллетристика, а сплошная политика), надо обозреть, надо уметь видеть и другую сторону.