«Не было Сталинских репрессий»

Зиновьев активно подыгрывал следователям, откровенно говорил о Каменеве: «Каменев не был ни капельки менее враждебен партии и ее руководству, чем я, вплоть до нашего ареста… Каменеву принадлежит крылатая формулировка о том, что „марксизм есть теперь то, что угодно Сталину“… Читая „Бюллетени оппозиции“, я подробно информировал Каменева о содержании этих документов и о моем положительном отношении к отрицательным оценкам, которые давал Троцкий положению в стране и партии… Призыв Троцкого „убрать Сталина“ мог быть истолкован как призыв к террору… Контрреволюционные разговоры, которые мы вели с Каменевым и при Н.

 Б. Розенфельде… могли преломиться у последнего в смысле желания устранить Сталина физически, мы же говорили в смысле замены его на посту генерального секретаря ЦК ВКП (б)».

Другие арестованные не отрицали своих антисоветских разговоров и предположений, что если Красная армия поднимет восстание, то крестьяне ее поддержат.

А. С. Сванидзе, старый товарищ Сталина по Закавказью, в своем доносе на его имя сообщал, что заговорщиками были Енукидзе и комендант Кремля Петерсон, бывший во время Гражданской войны начальником охраны Троцкого и командиром его бронепоезда.

В план заговорщиков входил арест или, при необходимости, убийство Сталина, Молотова, Кагановича, Ворошилова, Орджоникидзе. На роль диктатора планировались либо Тухачевский, либо комкор Путна. Петерсон подготовлял кадры заговорщиков среди военных курсантов Кремля и в командном составе кремлевского гарнизона. Участником заговора был Корк, командующий в то время Московским военным округом. Аресты Сталина и других предполагалось проводить в квартирах или в кинозале Кремля.

Наличие этого плана документально не подтверждено.

Круг подследственных расширялся. Чернявский – начальник отдела разведывательного управления штаба армии, рассказывал друзьям о служебной командировке в США, при этом заявлял, сравнивая США и СССР, о невозможности воплотить в жизнь главный лозунг партии – догнать и перегнать Америку.

К «кремлевскому делу» подключился Ежов.

5 июня 1935 прошел пленум ЦК по Енукидзе.

Из доклада Ежова: «При расследовании обстоятельств убийства товарища Кирова в Ленинграде, до конца еще не была вскрыта роль Зиновьева, Каменева и Троцкого в подготовке террористических актов против руководителей партии и советского государства.