Жизнь русского

Делали сборку – внутри пустого корпуса устанавливали электрические кабели и детали, вставляли толовый шар, центральную часть, в общем – всю сборку от нуля. Колесов отметил, что болты и винты завинчивает вкривую – в вузе этому не учили. Как-то его сурово ругал старший – на погрузке он уронил ящик с центральной частью, проще говоря, с ядерным зарядом.

Собранные бомбы перевозили в хранилища. Когда в одном из хранилищ (внутри горы) просочилась вода, начальник объекта попросил офицеров произвести ремонт: по условиям режима рабочие сюда не допускались.

Офицеры занялись мелиорацией – с интересом поработали отбойными молотками, копали траншеи, укладывали трубы. Наградой за эту работу стала поездка в Севастополь.

Выяснилось, что они, группа из 20 офицеров, находятся здесь временно, до окончания строительства своего объекта. Где он – пока они не должны знать.

Был первый личный трудовой успех. Романов и Колесов смонтировали в хранилищах дистанционные измерители влажности – самописцы с записью данных на бумажную ленту.

А приборов для измерения температуры не прислали.

– Слушай, – сказал Колесов, – можно измерять температуру на этих же приборах, отключая влажный термометр.

– И мерить на сухом?

– Ну да, а вместо влажного подключать сопротивление.

Обсудили, сделали. Пустяк, а приятно. Оформили рацпредложение и получили вознаграждение.

Работы на временном месте службы было немного. Через полгода атомная команда выехала к постоянному месту работы – в Полтаву.

Им повезло – военный городок на окраине Полтавы, жилье в домах, специально для них построенных. Избежали обычной беды начинающих офицеров – снимать жилье. По условиям службы они должны сидеть дома после работы, быть готовыми выехать по тревоге. В город можно отлучиться три раза в неделю. За особый режим доплачивали 30 процентов. Режим тоскливый – это плохо, но деньги – это хорошо. У них и оклады были выше обычных армейских, итого выходило почти в два раза больше, чем у соседей – авиационных инженеров.

Он отсылал матери четверть получки.

Дома для них построили быстро, дешево и сердито – тонкостенные двухэтажки, обложенные черепицей, с удобствами во дворе. Вода – из колонок на улице, уборные – очки на ямой. Как-то командир атомной команды предложил:

– Давайте разделим уборные на мужские и женские – неудобно шуметь в присутствии женщины за перегородкой.

Поздно предложил, уже привыкли.