Жизнь русского

Подруга попыталась исправить несправедливость, при которой Алла получает более выгодного мужа – с высшим образованием и с большей зарплатой. Информация раскрутилась в обратную сторону, комсорг части страшно негодовал:

– Я же говорил под большим секретом, моя жена в положении, это же удар…

Сплетня подоспела вовремя, в самый пик сомнений и колебаний. И тогда он поддался напору житейской глупости: соврал невесте, что его увольняют из армии по сокращению. Она расстроилась, но объяснила:

– Я же выхожу замуж за человека, а не за офицера.

«На какие же гнусности способен человек, – подумалось ему, – в том числе и я. А еще считаю себя благородным человеком, делающим жизнь с князя Андрея Болконского и революционера Павла Корчагина».

Хорошо хоть опыт понемногу накапливался. Когда через пару лет замполит части начал со ним осторожный разговор – вот, мол, имеются сведения, что ваша жена жалуется подругам на неудачный брак, мужа не любит и т.п., он перебил:

– Товарищ подполковник, я знаю, откуда ветер дует – вам доложил мой сосед по квартире, капитан КГБ, хороший парень, его жена и наплела – по вредности и по зависти…

Замполит и КГБэшник оказались в одной цепочке, понятно, что их долг – заботиться о моральных устоях.

На том беседа с замполитом и закончилась – посмеялись и разошлись. Разумеется, с добрым соседом, ленинградцем, он не стал ничего выяснять. Очевидно, его жена, ленинградка, посчитала несправедливым, чтобы какие-то провинциалки более выгодно устраивались в жизни.

Он предполагал построить семейный быт по новому: «Мы наш, мы новый мир построим». В соответствии с генеральной линией партии. Питаться – в столовой. Стирать – в прачечной. Детей – в ясли-сад. И т. д. и т. п.

В то время государство (точнее, лично Хрущев) провело революцию в общепите – отменило официанток, внедрило самообслуживание, открыло много столовых. В военном городке – хорошая столовая, он и жена там питались. Первое время. Потом она предпочла готовить дома – дешевле, к домашнему труду – уборке, стирке – была приучена с детства, мать заставляла, наказывала.

С годами она освоила готовку как творческий процесс: украинская кухня, оказавшаяся на пересечении польской, татарской, русской и других, богата своим разнообразием – чисто национальные борщ с салом и холодный борщ, галушки, свежие или кислые щи по-русски (по рецептам его матери), излюбленные блины и котлеты и т. п.

Свить семейное гнездышко – значит обставить его мебелью.