Блуд на крови

Зиму они проводили в Курске, где у Натальи Дмитриевны был большой барский дом со службами, с конюшней и регулярным парком, украшенным гротом, живописными руинами, водопадом и беседкой «Нежные вздохи». На лето перебирались в Рядново.

Молодая вдруг испытала новое сильное влечение. На этот раз к делам хозяйственным. Строгий и величественный Генерал служил ей не за страх – за совесть. Он следил за отработкой барщины, своевременно взимал недоимки, вовремя поставлял рекрутов. Николай Николаевич тоже не сидел без дела. Он часто наезжал в деревушку Викторовку, что в Больше-Неплюевской волости, доставшуюся ему от тетки Шеншиной.

Основал там две школы, где учились крестьянские детишки. Выписал из большого села Николаевка фельдшера, который бесплатно пользовал местных жителей.

– Какие мы с тобой счастливые, Николя! – часто повторяла Наталья Дмитриевна. – И мне все время кажется, что должно произойти несчастье…

– Пустяки! – утешал ее муж. – Я поеду на покосы, проверю. Так что к обеду не жди.

Примятая трава

Сердце Наталью Дмитриевну не обмануло.

Беда нагрянула после семи лет счастливого супружества.

Летом 1843 года в Рядново на ночевку остановились уланы. Гостеприимные супруги Калужные пригласили офицеров на ужин. Один из гостей напился, безобразничал, и посмеивающиеся товарищи его не унимали. Когда нахал сказал какую-то сальность в присутствии Натальи Дмитриевны, Николай Николаевич, не сдерживая себя, стукнул того тростью.

Стрелялись на рассвете в ближайшем лесочке. С расстояния десяти шагов Николай Николаевич попал обидчику в левое плечо.

Улана это не отрезвило. Он хладнокровно навел орудие убийства в грудь того, чей хлеб он вкушал еще несколько часов назад, и спустил курок…

Наталья Дмитриевна узнала о случившемся слишком поздно. Когда она прибежала на место дуэли, то увидала мужа, лежащего на примятой траве. Он успел слабо улыбнуться и прошептать:

– Прощай, милая! Я очень любил тебя…

Орошая его лицо горячими слезами, она приникла к холодеющим устам.

Вдовьи хлопоты

Пришла беда – отворяй ворота.

Вскоре после Покрова от апоплексического удара скончался отец Натальи Дмитриевны. Матушка ненадолго пережила своего мужа – ее не стало в январе 1844 года.

Двадцатипятилетняя вдова-красавица осталась одна-одинешенька на всем белом свете. Местом ее добровольного заточения стало Рядново. Подвигом – не устанные труды. Она продала дом в Курске и наезжала в этот шумный губернский город лишь изредка и по неотложным делам.