Граф Соколов – гений сыска

На втором этаже дома номер 11 по Большой Лубянке управляющий Фейгин, чистенький, лысенький человечек, подтвердил:

– Да, Александр Борисович Темчук застрахован у нас на максимальную сумму – двести тысяч рублей. Две недели назад только застраховался – и вот вам, сюрприз! Но вчера была вдова, все документы у нее в порядке: и справка о смерти, и газетный некролог – это входит в правила страховки, давать некролог. Во избежание обманов.

* * *

В ту же ночь на Лазаревском кладбище, где, согласно газетному извещению, был похоронен Темчук, провели эксгумацию.

Гроб подняли из могилы, откинули крышку: в нос шибануло гнилостным запахом. Арчевский, которого Соколов попросил присутствовать на этой печальной процедуре, проявил мужество. При свете фонарей он вгляделся в лицо покойника:

– Да, это Попов…

Труп положили на приготовленный загодя стол, обнажили спину: под левой лопаткой виднелся шов, который наложил в морге Павловский.

Арчевский, который вел теперь себя скромненько, с удивлением сказал:

– Но как покойный похож на того афериста, фото которого, граф, вы сейчас показали!

* * *

За домиком «покойного» Темчука велась постоянная слежка.

Гусаков-сын утром ворвался в кабинет Соколова:

– «Вдова» сегодня ночью спалила свой дом в Марьиной Роще. Мы с отцом дежурили и слыхали, как она ведром гремела. Оказывается, керосином поливала. Там теперь одни головешки. А сама села на извозчика и отправилась на 2-ю линию в Сокольниках. Она сейчас в доме, на воротах которого табличка: «Доктор Георгий Иванович Марков».

– Марков?! Очень занимательно. Будем брать!

…Через час сыщики ворвались в дом прозектора Маркова. Вся троица сидела за столом и вкушала завтрак.

Положение во гроб

Темчук, двухметровый гориллообразный мужик, густо заросший волосом, нагло кипятился:

– Никого я не убивал! Труп, виноват, присвоил – хотел урвать по страховке. Мокруху мне не докажете. Свидетели есть? Так и на суде скажу присяжным: «Безвинно страдаю!»

Соколов добродушно засмеялся:

– А кто тебя, подлеца, суду предаст? Я своими руками сегодня же ночью тебя в твою же могилу положу.

Ведь ты все равно вроде покойника, только гораздо хуже: для людей опасный.

Санька презрительно сплюнул:

– На понт, начальник, берешь!

* * *

Около полуночи на Лазаревском кладбище показалась странная процессия. Несколько сыщиков, светя электрическими фонарями, двигались между могил, вели громадного мужика. Руки у него были связаны.