Граф Соколов – гений сыска

К нему тут же двинулся навстречу Кошко – с короткой профессорской бородкой, густыми, с проседью усами, умными, лукавыми глазами. Он дружески сказал:

– Тысячу извинений, Аполлинарий Николаевич! Я это дело хочу поручить вам. Один сторож убил другого и сбежал. Впрочем, бухгалтер «Габая» вам все расскажет. Господин Латышев!

Стоявший рядом с городовым худощавый человек лет тридцати с нервным, но довольно приятным лицом, на котором выделялись большие печальные глаза, двинулся к сыщикам. На Латышеве было надето легкое пальто спортивного покроя с небольшим шиншилловым воротником шалькой, мех которого серебристо блестел в свете электричества.

Он вежливо поклонился и, заметно сдерживая естественное волнение, сказал:

– Я пятый год служу в «Товариществе Габай» бухгалтером. Я месячные отчеты готовлю, по обыкновению, дома, там никто не отвлекает. Сегодня сел за стол, разложил документы, и – на тебе! Забыл отчетность по нашему петербургскому филиалу. У нас большой магазин на Невском, шестьдесят шесть.

Что делать? Живу я неподалеку, в Камергерском, пять, это владение Обуховой. Прибежал, а тут… – Латышев облизнул пересохшие губы.

После потрясения, которое он пережил, молодому человеку было трудно говорить. Однако он справился с волнением, продолжил:

– У нас два сторожа. Один – Сергей Морозов, уже года два служит, он ярославец. Другой – пятнадцатилетний Ванечка Семенов. Его папаша в оптовом отделе был, да на Троицын день помер. Вот сыночка и взяли. Сирота он.

Чудесный такой, голубоглазый!

Латышев опять разволновался, высморкался в большой белый платок и с трудом произнес:

– Они вдвоем так и сторожили, чтоб надежней было. Значит, пришел я, кнопку электрического звонка нажимаю. Они обычно сидят на втором этаже возле лестницы – там удобная подсобка с топчанами. Звоню, звоню, никто не выходит. Что, думаю, за арифметика? А дверь потянул, она и открылась. Свет я не стал на всякий случай зажигать, поднялся на второй этаж, толкнулся в подсобку, а там… – Латышев разрыдался, – Ванечка мертвый лежит, вся голова проломлена.

– А где сторож Морозов? – спросил Кошко.

– В том-то и дело, что сбежал Морозов. Нигде его нет. Я бросился вниз, а там, прямо возле подъезда, городовой проходил. Такое счастье! Я его пригласил сюда, он вам и позвонил по нашему телефону.

В это время подъехал Галкин. Он привез Павловского и Ирошникова. Они ездили в сыск за инструментарием и фотоаппаратом.