Граф Соколов – гений сыска

Товарищ министра внутренних дел Лыкошин предупредил:

– Аркадий Францевич, в старой столице вас ожидает ситуация непростая. В сыскной полиции нет должной дисциплины. Особенно отличается анархическими замашками и пренебрежением к букве закона граф Соколов, сынок члена Государственного совета, действительного тайного советника Николая Александровича. Да, молодой Соколов умен, отлично образован, но он привнес в полицию все замашки конной гвардии, где еще недавно служил. Приструнив его, вам не составит труда навести порядок в остальном.

Кошко опрометчиво обещал «приструнить и навести».

Теперь, получив приглашение от Соколова, выходок которого он опасался особо, Кошко на мгновение задумался: «Подчиненных следует держать на расстоянии, если начальник не хочет, чтобы они держали его за горло! Но… с кем работаешь, с тем и пьешь». Улыбнулся почти добродушно:

– Была бы бражка, так съедим барашка! Служебное авто, дорогие коллеги, в вашем распоряжении.

Соколов заключил разговор:

– Сбор завтра в восемь часов утра, здесь в Гнездниковском!

Рухнувшие планы

Ровно в восемь все были в сборе.

– Сыщики и воры – самые точные люди! – улыбнулся Жеребцов. – Давно это замечено.

Ирошников одобрительно хмыкнул:

– Очень правильно замечено! Как и ворам, сыщикам надо уметь вовремя смыться. Авто давно фырчит у подъезда, на завтраке мы нынче все экономили. Так что скорее к столу великого и гостеприимного Соколова, в Мытищи!

Все дружно поднялись с мест, направились к дверям.

– Только что телефонил пристав первого участка Мясницкой части Диевский. В доме Гурлянда, что на Тургеневской площади близ Мясницких ворот, в окно виден висящий труп.

– Труп криминальный? – деловито вопросил Кошко. Ему все еще не терпелось показать себя на новом месте.

– Никак нет! Изнутри виден ключ, которым закрыта дверь.

Кошко глубоко задумался: хотя он и жаждал показать служебное рвение, да понимал, что за каждым покойником в громадном городе не доглядишь. Жеребцов, привыкший к вольностям, запальчиво произнес:

– Вот Диевский пусть с этим самоубийцей и валандается, а у нас – выходной!

Реплика оказалась неуместной.