Русская сила графа Соколова

Если Ярошинского и Годлевского в городе не окажется, обещаю: тебя повезут в Москву в кандалах, со срамом. Или сразу в реке утоплю – без суда и следствия.

Сычев изобразил из себя оскорбленную невинность.

– Как же так! – Почесал за ухом, почмокал губами. – Коллега, можете на меня положиться: и Годлевский, и Ярошинский встретятся с вами. Если вы в них сомневаетесь, так мы ихние души вытряхнем.

Соколову такая перемена в настроении начальника сыска понравилась. Он с удовольствием произнес:

– Вот и молодец! Теперь вижу – государственный ум у тебя, Сергей Фролович.

Сычев с энтузиазмом продолжал:

– Коли позволите, приеду прямо к вам в гостиницу.

Соколов кивнул:

– Договорились!

Они вышли из подъезда вместе.

Сычева ждала коляска, запряженная двумя холеными рысаками, нетерпеливо перебиравшими ногами.

– Прикажете подвезти?

– Нет, прогуляюсь!

Начальник сыска, тяжело накренив коляску, влез в нее и, нагло ухмыляясь, неожиданно весело помахал рукой гостю:

– Счастливого пребывания в Харькове!

Он умчался, подымая столб пыли.

– Да, от этого типа можно ждать любой гадости! – сказал себе Соколов.

У начальника харьковского сыска и впрямь созрел план – коварный.

Под железной крышей

Соколов, вызывая своей персоной всеобщее любопытство, не торопясь направился к Сарре Бродской, урожденной Сандлер.

Она жила недалеко от сыскной полиции, на главной улице города – Сумской, в доме отца – высоком двухэтажном, на каменном, тщательно оштукатуренном цоколе, крытом железом и обнесенном высоким забором.

Когда пришел Соколов, Сарра громко распоряжалась двумя молодыми служанками. Те, подоткнув полы и вызывающе показывая обнаженные бледные ляжки, согнулись в соблазнительных позах, возделывая клумбы под цветы. Еще один работник – крепкого сложения мрачный мужик, в сапогах на длинных ногах, в кепке с маленьким лакированным козырьком и с высокой тульей – такие любят носить местечковые евреи, не вынимая изо рта козью ножку, – сидел на корточках и ожесточенно стучал большим молотком по битым кирпичам.

Сарра оказалась пухленькой, с маленьким сочным ртом, красивым овалом лица молодой женщиной. Ее крупные, чуть навыкате глаза с явным и далеко не платоническим интересом разглядывали гостя. На Сарру было надето шелковое платье с яркими цветами, и это платье обтягивало ее обильное тело, подчеркивая его прелести.

Она обрадовалась гостю.