Без права на возвращение

Подобно скорбному путнику в этой безбрежной и безразличной ко всему снежной пустыне, забывший, как его имя, кто он, и что здесь делает, юноша помнил главное – ему нужно помочь попавшему в беду другу. Он продолжал идти, волшебная музыка вокруг играла всё громче и громче, Пашка мог поклясться, что таких чудесных мотивов ему не приходилось слушать никогда.

Преодолев ещё несколько сотен шагов, сквозь пелену стонущей непогоды и бахрому инея, налипшую на ресницы, он увидел тусклую искру света. Ему приходилось слышать о видениях измождённых путников в пустыни, но искра не гасла, она не была миражом, теряя последние силы, Пашка направился к ней.

Это было «подслеповатое» окно фермы, подсвеченное изнутри слабенькой лампой. Сойдя с дороги и провалившись в снег, он прополз ещё несколько метров…

С торца приземистого строения виднелись ворота. С трудом приоткрыв одну из створок, Пашка оказался в тёмном тамбуре. Ему показалось, что здесь, в защищённом от ветра убежище, метель продолжала свою дикую пляску в его голове.

Тусклый свет сквозь едва различимую щель вторых ворот падал жёлтой лентой на соломенную подстилку. Дверь оказалась закрытой. Пошарив по полу руками, он нащупал в углу кусок толстой проволоки, поддел внутренний крючок и ввалился внутрь помещения. Коровы, стоявшие поодаль, взволнованно подались к стене. В воздухе висело облако тумана, мокрыми каплями оседавшее на стенах и кровле, в проходе парила силосная куча. Павел упал на неё ничком, сунув остекленевшие руки в пахучее тепло. Ладони свело болью в отходящих от мороза руках, но он продолжал погружать их всё глубже и глубже. Плечи его вздрагивали, а через короткое время он затих.

Станция Бедное, Заволжье. Ноябрь, 2022 г.

– Можно? – старик оглядел соседей по купе и откашлялся. – Здоровы были. Он снял телогрейку, оставшись в вязанном свитере с причудливым мотивом стилизованных лапландских оленей, опустил на пол две тяжёлые сумки, подвернул краешек одеяла и осторожно присел.

– Дед, давай, устраивайся поудобнее, – радушно предложил ему широкоплечий веснушчатый парень лет тридцати, судя по всему, «хозяин» нижней полки.

 – Меня Василием зовут. А Вас?

– Николай Иванович, дядя Коля, – ответил старик и протянул ладонь для знакомства. – Тоже до Москвы?

– До неё, до первопрестольной-матушки, – согласился Василий, и они обменялись рукопожатием.

– Марина, – откликнулась девушка с противоположного края, закрыв книгу и положив на край стола.