Без права на возвращение

Все эти краски и звуки сливались в один круговорот и падали вниз, создавая общую гармонию итальянского тенистого двора.

Миновав несколько похожих внутриквартальных площадок, Орлов вышел прямиком к дому, где снимал квартиру и, решив не подниматься наверх, занял местечко за столиком на веранде.

Принесли меню. По правде говоря, Андрей уже определился с тем, что он закажет. К пицце Орлов относился прохладно, его мама в детстве пекла пироги, с которыми не сравнится ни одна выпечка в мире, а уж он знал в этом толк.

Пироги были воздушными с начинкой из подмосковных грибов с помидорами, а ещё с яйцами и солёными огурцами, но больше всего Андрей любил её сладкие сдобы с маком или начинкой из свежих фруктов, посыпанные сахарной пудрой, они таяли во рту и ему казалось, что он мог умять целый поднос этих ароматных, с хрустящей корочкой, домашних булочек.

Андрей заказал пасту ditalini с маленькими толстенькими «напёрстками» в густом рыбном соусе, скорее, это была даже не паста, а густое первое блюдо, напоминающее ему борщ, который когда-то варила мама, а также, нарезку моцареллы буффало, стакан персикового сока и тарелочку с сфольятелла.

За соседними столиками тихо вели беседы завсегдатаи этого уютного кафе. С некоторыми из них, он познакомился раньше, в прежние свои визиты в Неаполь.

– Mamma mia! – из подсобки выплыла тётушка Бенедетта и, широко раскинув руки, направилась к Андрею. На её лице сияла такая лучезарная улыбка, что можно было подумать о предназначении её какому-то очень высокому и важному гостю, но нужно было знать неугомонную пожилую итальянку, которая вот уже третий десяток лет хозяйничала в этом душевном заведении, названным её честь.

Андрей приподнялся, встречая хозяйку взаимной улыбкой и полупоклоном.

– Надолго в наши края?

– Планирую завтра уехать. Как Вы тут без меня?

– Много событий, – она выждала паузу, интригуя его и размышляя, какую из новостей подать первой, чтобы не остыло, а какую – на десерт. Андрей был благодарным слушателем, за что она его и ценила.

 – Сильвио мой заболел. Говорит, что у него депрессия. Вот скажи мне, разве есть такая болезнь? О, старый лгун. Ещё вчера он подкатывал к Доротее, этой, прости господи, вертихвостке, а сегодня лежит и стонет. Как ты думаешь, он поправится?

– Конечно, ты же знаешь, что я специалист по депрессиям, – смеясь ответил ей Андрей. – Но при одном условии, либо отпусти его на футбол, но обязательно одного, либо сходи с ним в оперу, но обязательно вдвоём.