Страсти роковые, или Новые приключения графа Соколова

Теперь уже в «Метрополе». Скандалил, бил посуду, а банкиру Гринбергу вылил на голову соус «пикант».

Соколов иронически усмехнулся:

– Ведь не расплавленный чугун! Оттащи святого старца в участок.

– Полно вам, граф, шутить! – Мартынов аж захлебнулся. – Если сегодня я прикажу забрать Распутина в участок, завтра меня отправят охранять каторжников на Сахалине.

Соколов был невозмутим. Он одобрительно взмахнул рукой:

– Замечательно! Тебя, Мартынов, назначат старшим смотрителем, скажем, в каторжную богадельню в селении Дербинском.

Это сахалинское Монте-Карло. Богадельня населена народцем замечательным – нищими, шулерами, ростовщиками. Начальство туда не заглядывает. Тебя научат метать наверняка. Не жизнь, разлюли малина!

Мартынов болезненно поморщился.

– Вам хорошо, граф, изгаляться! – С мольбою посмотрел на собеседника. – И причиной того, что Распутин не уезжает восвояси, в Питер, являетесь вы, Аполлинарий Николаевич.

– Ну?

– Так точно! Распутин мне заявил: «Пока не отыщете мою Эмилию, я из Москвы – ни шагу!» Ее муж, полковник Гершау, тоже покоя не дает: «Человек не иголка, почему мою жену отыскать не хотите?» А что нам делать, на куски разрываться? Мне ведь приказано и за самим Распутиным вести наружное наблюдение.

Наряд филеров для прослежки Распутина назначай, рапорты наверх пиши и отправляй, да еще ресторанные и прочие безобразия безропотно терпи.

Соколов иронично покачал головой:

– Бедный командир! А теперь я еще на твою голову свалился. Нет, тебе точно на Сахалин пора отъезжать – там жизнь спокойней.

Мартынов набрал полные легкие воздуха, наклонился к Соколову и с погребальной торжественностью произнес:

– Сейчас, Аполлинарий Николаевич, вам будет не до шуток. – После паузы выпалил: – Пропала еще одна полковничья жена – Зинаида Дитрих.

Немецкая точность

Соколову показалось, что он ослышался.

– Зинаида? Как пропала? Когда?

– На другой день после той ночи, когда вы, Аполлинарий Николаевич, Горький, Распутин и компания гуляли вместе с ней в «Яре».

– Что Дитрих рассказывает?

– Говорит, что вместе доехали до дому. Переночевали. Утром он отбыл на службу рано, Зинаида спала. Вечером супруги уже не было – как в воду канула. Ни записки, ни слова.

– Сбежала с любовником?

– Все может статься. Плохо, что Дитрих – человек влиятельный, пред царицыны очи усердием Распутина допущенный. Повсюду жалуется. И у меня заявление оставил, и докучает начальнику сыска Маршалку.