Конец «Золотой лилии»

Внезапно оценив наличие милицейской машины, «скорой помощи», взволнованно роящихся людей, женщина бросилась прямо к тому месту, где лежал Всеволод Васильевич. Она побледнела, как полотно, издала протяжный вопль и навзничь упала на тротуар, круша об асфальт аккордеон. Какие-то соседи по двору отнесли ее на скамейку. Снова начали вызывать «скорую».

Приехал милицейский УАЗ со следователем и экспертом. Из «ауди» предъявился исполняющий обязанности начальника отдела майор Полимеев. За ним еще один опер, капитан Сидорин, еще один – по отношению к задействованным уже Маслаченко и старшему лейтенанту Рытькову.

И когда вся трагическая коллизия будто бы стала укладываться в рамки необходимого порядка, – увезли с одиннадцатого этажа Хлупина, увезли в институт Склифосовского – почему-то! – Зинаиду Гавриловну, отправили в морг останки самоубийцы, – как раздались новые крики ужаса. Позади мусорных контейнеров обнаружили тело дежурной по подъезду Антонины Кульковой.

Опять «скорая», беспомощно толкущийся среди зевак старичок с темными очёчными стеклами, как оказалось, муж злосчастной консьержки… Словом, ни сотрудники милиции, ни здешние старожилы не припоминали такого напряженного дня в этом квартале.

Долгое время никто из свидетелей никаких вразумительных показаний изложить не мог. Да и свидетели-то оказались весьма относительные. Не раньше чем через час следственная группа (в том числе Рытьков, травмированный слепаковским молотком) приступила к тщательному изучению происшедшего.

Повалившегося на капот собственного джипа, безудержно рыдавшего Антона Квитницкого оперативники взяли на заметку. Проверили документы, записали номер серо-стального «мицубиси». Исчез, и неизвестно в каком направлении, ночной заместитель Антонины Кульковой по имени не то Мамед, не то Мухамеджан. И, наконец, после всего случившегося, пришлось вызвать машину «скорой помощи» для профессорши Званцовой, настигнутой из-за эмоционального восприятия трагедии гипертоническим кризом.

На четвертый день Всеволода Васильевича Слепакова хоронили на Пятницком кладбище, в ограде, где находились могилы его родителей. Между прочим, неподалеку были похоронены мать и отец известного исторического писателя Валентина Пикуля. Пришедшие проводить в последний путь Слепакова случайно обратили на это внимание. То есть факт вызвал в их головах пару неординарных мыслей. Хотя гибель Всеволода Васильевича тоже давала повод для размышлений.