Конец «Золотой лилии»

 – Мы счастливы, что вам понравилась первая часть выступления Ждем и в дальнейшем столь же теплого приема наших девушек. Сейчас антракт. Вы можете пройти во внутренние помещения клуба и насладиться личным контактом с любой обитательницей этого дома.

За столиками призывно замахали и загалдели. Девушки, кокетливо изгибаясь, сошли с эстрады.

– Пойдемте, – сказала внезапно возникшая золотистая Люба.

– Марина Петровна, к вам. Те самые.

Слепаков и его спутница вошли. Брюнетка сидела в глубоком кресле возле большого стола, заваленного мишурой и глянцевыми журналами с бело-розовыми белокурыми «ню».

Высоко закинув одну на другую длинные ноги, Илляшевская говорила по мобильному телефону.

– Вы не пожалеете, – смягчая густой голос, мурлыкала она. – Наши клиентки в восторге. Да просто слюни пускают от удовольствия… Вообще возможны самые разнообразные варианты, если вас интересует личное общение. Приезжайте, ждем в любое время. Чем могу помочь? – Это уже двум вошедшим.

– Мне нужно срочно поговорить со своей женой Зинаидой Слепаковой. Она у вас играет на…

– Знаю, – и к водительнице «Жигулей»: – А вы?

– Я просто за рулем.

– Я хотел бы забрать из этого… из этой… свою жену, – прибавил Слепаков, чувствуя, как недобрая энергия снова пробуждается в нем, превращаясь в некое агрессивное намерение.

– Мужчина, если вы желаете пообщаться с Зинаидой, пожалуйста. Антракт продлится полчаса.

Правда, иногда он затягивается по специфическим причинам. – Высокая брюнетка в камзоле и сапогах усмехнулась. – Но отпустить музыканта, озвучивающего действие, не представляется возможным. Она освободится к утру. Если только не заинтересует какую-нибудь из наших гостий. Зина, конечно, уже не молода, но изредка имеет спрос.

– Что?! – взбеленился Слепаков, сжимая кулаки. – Она здесь играет или…

– Насильно Зину сюда никто не приводил. Она подписала договор.

Ей здесь платят хорошие деньги. Пройдите, мужчина, в конец коридора. Там вы ее найдете. А вам, мадам, предлагаю покинуть помещение, сесть в машину и подождать господина Слепакова. Адьё!

В конце коридора Слепаков приоткрыл низенькую дверцу. Увидел комнатку, больше напоминавшую чулан. Тонкая негритянка и рыженькая барабанщица, накинув махровые халаты, курили сигареты и прихлебывали из широких бокалов желтое пойло. Пахло спиртным.