Сказание о Проклятой Обители

Дойдя в письме до слов «путь истинный», женщины глубоко задумались, ибо и сами не очень хорошо представляли, что это может означать. Гневные крики того, кто отказался быть отцом для предательницы-дочери, от которых содрогались стены, быстро вывели их из задумчивости.

– Главное, чтоб с голоду не умерла, – рассудительно сказала бабушка, вручая девушке пергамент. – Это не лучшее место в мире, но ты сама обрекла себя на такую жизнь.

– Есть и положительная сторона, – сквозь слезы попыталась улыбнуться Гуда, – это всего в нескольких днях пути от нас, да и настоятельницу Луту я хорошо помню.

Она добрая женщина.

Луту, дочь Гуннстейна, Гуда знала еще с девических времен – хутора их родителей располагались по соседству. Лута рано вышла замуж, но вскоре овдовела. Приняв новую веру в Хонгарде, она отправилась в долгое паломничество, и получила благословение Великого Патриарха, Владыки Тайных Дел, на строительство женской обители на границе двух миров – на Лисьем острове, затерянном в бурном Седом море.

Получив знания, необходимые монашке, Астейн также примет веру Верхних земель и со временем вольется в сестринскую общину. Хотя, оставалась надежда, что отец одумается и простит дочь, не совершившую никакого преступления. Впрочем, тогда никто всерьез не задумывался о столь отдаленном будущем. Главное было добраться до обители.

Хельми сопровождал сестру, ибо путь предстоял хоть и не слишком долгий, но весьма опасный, ведь она не просто покидала отчий дом, а направлялась во владения южных нордеров, в земли короля Хенделана.

Хитрый и алчный предводитель южных нордеров считал, – без всяких на то оснований, – острова Седого моря своими.

Когда немые белокудрые волны исполинским шатром смыкались над старым дреком, Астейн молила Волногонителя, сына Хозяйки Леса, поймать утлый челн в свои сети и прекратить ее страдания.

Хельми не проронил ни слова за все время путешествия, лишь украдкой бросал на сестру обиженные взгляды. Молчание было столь тягостным, что Астейн даже испытала облегчение, когда тяжелые деревянные ворота общины навсегда разделили их.

Все же к брату она не испытывала ничего, кроме благодарности – он мог отказаться от этой дороги, предоставив проклятую изгнанницу ее печальной судьбе.

Так поступают со всеми изгнанниками.

* * *

То была одна из многих обителей Ордена Сестер Девы-Матери – монахинь, что посвятили жизнь благородному искусству целительства.