Реверсия

VI

В то время, как в коммунальных квартирах происходят скандальные разборки или вынашиваются далеко идущие стратегические планы, Вадеев наслаждается атмосферой тишины и покоя. Он воспользовался приглашением Лидочки, хотя не испытывал особой страсти или обычного сексуального влечения. Ему хотелось простого человеческого общения. Она показала сборничек стихов, изданный в детском возрасте. Подумать только – четырнадцать лет! Покорила его далеко не детской глубиной мышления. Его комплименты не вызвали ответных эмоций.

В отношениях с ним она всегда остается верной отработанному распорядку: ванная, застолье, секс и – крепкий сон. И был ли творческий праздник? Проснулся рано, тихо встал, пошел на кухню. Почти не дышал, чтобы даже воздух не шелохнулся.

В соседней комнате постанывали дети, переживая во сне прошедший день. Он крался мимо их двери – совсем чужой человек, хотя они искренне радовались его появлению, называли папой. Убеждал себя, что не имеет права на детскую доверчивость, близость с их мамой еще не повод обрекать невинные души на психологическую зависимость.

Нет, они – не его дети.

Вадеев удобно располагается за кухонным столом, начинает перечитывать полюбившиеся стихи из книжки-брошюрки. Накануне прослушал вскользь, но только теперь появилась возможность осмыслить содержание. Он удивляется причудливости, с какой незатейливая шаловливость в детских стихах может со временем воплощаться в реальных поступках. Уже проявляется в жизненных комбинациях. Книга является точным психологическим автопортретом автора, от нее веет своеобразным предупреждением.

Сама Лида не желает зла, но есть у нее патологическая склонность к интригам как образу жизни. Если бы не ее легкомысленность к возможным последствиям! Пусть интуитивно, но пока удавалось сохранять с ней безопасную дистанцию. А что дальше? Он раскрывает записную книжку, некоторое время размышляет и, наконец, уверенным почерком делает запись. Никакая сила не заставит меня идти к этой женщине. Я уверен, Интриганка —самовлюбленная эгоистка, культивирует свой образ жизни, несовместимый с интересами других людей. В ее понимании общество – это шахматная доска с бездушными фигурками. А сам он считается с окружающими людьми?

Отложив ручку, прислушивается. Так и есть, Лида почувствовала его отсутствие, встала с постели. На ощупь бредет к нему – на кухню, останавливается в дверном проеме, бессмысленно смотрит на него и поворачивается в сторону туалета.