Земля

Что ж, если навьюченный тяжелее остальных Сэм и рассчитывал на некоторую помощь, то своей досады он старается не выдать. А вот самой Рине становится всё труднее не думать плохо об этом незнакомом существе.

Путь до жилой станции, пускай и в горку, занимает куда меньше времени, чем всё это дурацкое торчание у ворот. Наконец-то нечто правильное и надёжное. Большой крепкий дом в один этаж, на каменном фундаменте, выстроен из местной лиственницы. Рине это известно, потому что она позаботилась заранее многое разузнать.

Вдоль одной стены устроена просторная крытая веранда с крыльцом. «Наверное, в ясную и тёплую погоду на ней просто замечательно отдыхается», – думает Рина.

На веранде бледноглазый стаскивает рыжие сапоги, оставшись в каких-то обмотках, и ставит обувь на старую выцветшую клеёнку у двери в дом – пятками к стене.

– Ну-ка живенько, ребята, обутых вас в дом-то не пустит, – говорит Брук, так же разуваясь на клеёнке. Не-человек, не глядя, придвигает Брук низкую табуретку, чтоб ей удобнее было разуться.

Лицо у него при этом такое злое, словно он гораздо охотнее разломал бы ту же табуретку об тёткину седую голову.

* * *

Злость злостью; но обижать Брук и вправду было бы не умно, с какой стороны ни взгляни. И дело не только в персиках, как ни печально это признавать. Не только во всякой гнуси вроде походов на почту и в лавчонку, которые деловая Брук давно взяла на себя.

Один из понаехавших сопляков, белозубый бугайчик, при воротах всё встревал, лопотал какую-то смуть, перебивая Брук едва ль не через слово.

Та, ясное дело, окорачивала – но бугайчик явно считает, что его должны слушаться! Будто они все ему должок задолжали. Кто их, людей, разберёт – да они и сами частенько путаются… То есть вполне может статься, что Брук притащила их сюда не то чтобы по своей вольной воле. Тем более незачем её обижать.

То, что это не новые станционные наёмники пожаловали спустя столько-то годков – так это было ясно сразу, хотя от бугайчика несёт знакомым запахом чёрного горького напитка.

Такой же любила по утрам варить Элис, да и некоторые другие наёмные не брезговали. Но нынешние понаехавшие какие-то чересчур молоденькие; не так себя ведут, не так одеты; а курносая коротенькая соплячка, та было вообще скисла – того и гляди заплачет.

И ни один из них ни разу не поглядел наверх.

* * *

В маленьком сумрачном коридоре устроен гардероб – длинный ряд колышков вдоль стены. Там они по примеру Брук оставляют дождевики и куртки.