Белый Город

Стоит только подать рукоять вперёд и кольцевой ремень начинает вхолостую скользить по колесу передачи, а неровная дорога быстро тормозит мягкие колёса.

– Надеюсь, Вы ненадолго?

Галантный вопрос и протянутая для помощи рука остаются без ответа. Что ж, Мишка помнит, как его самого рвало часами, пока они всей семьёй ездили на юг в автобусе. Геленджик!.. Море!.. Экзотика!.. Только не помогали ни голод перед поездкой, ни таблетки, ни, наоборот, еда, принятая по принципу «клин клином».

Выворачивало и всё. До зелени на лице. Сутки езды, сутки тошноты. Плюс два дня релаксации…

Но сейчас – то не сто километров в час, от силы десять!

Канчен-Ка держится неплохо, но, судя по глубокому и непрерывному молчанию, не свойственному боевому характеру, тарантас и её укатал.

– Ты как? Нормально?

– Порядок!

После этого ответа обе девушки бегом скрываются за ближайшим кустом, куда никто из мужчин деликатно не смотрит, но звуки рвущейся наружу утренней еды выдают смысл происходящего.

– Долго ещё ехать, Мастер?

– Ехать?. А!.. Двигаться?. Ну, да, куй, не куй, долго ещё.

– Может быть, девушек уложить как-нибудь?

– Ну, тогда они себе кроме желудков ещё и головы растрясут.

– Наверно, мы зря старались сделать ремни помягче?

– Ну, да! Тогда сейчас от задниц остались бы одни лепёшки!

– Зато качало бы меньше.

– Не знаю, кларон, куй, не куй, а я раньше только пешком ходил, никогда так не двигался, даже на аралтанах.

Честно говоря, если бы не сидел за рулём, тоже скис бы. У меня так только с перепою бывало, но у девушек организм послабже.

– Дорога нормально сделана?

– Не скажу. Может, надо бы и получше, да только чем ты её выгладишь? Вон, глянь, мужики честно выровняли, а всё равно камни торчат, как зубы.

Мишка вспомнил свои новенькие роликовые коньки. Уж, казалось бы, чего проще? Из окон квартиры казалось, что лёгкий толчок ноги плавно понесёт тело по тротуару к удовольствию.

А на деле выяснилось, что асфальт в городе нередко напоминает центральную улицу в любой деревне, где трактора и самосвалы оставили неизгладимые впечатления, глубиной в полколеса, на поверхности единственной дороги.

Местами, даже на центральных улицах города, приходилось останавливаться и топать пешком, не снимая коньков, по широким трещинам или вообще обходить их по газону.