Колдун моей мечты

– Все еще не хочешь? – сорвав с моих губ очередной полустон-полувсхлип, мерзавец неожиданно остановился.

А по-другому его и не назовешь. Довел девушку до невменяемого состояния и в конечном итоге лишил оргазма.

Мои мысленные возмущения немного притупились, когда он развернул меня лицом к себе и завладел моими губами, одним только поцелуем чуть снова не погрузив в пучину блаженства. Потом, отстранившись, принялся нарочито медленно стаскивать с себя одежду.

Ненавижу…

Когда с церемонией раздевания было покончено, меня осторожно уложили на постель.

Как и в клубе, все вокруг затянуло туманной пеленой. Лишь силуэт высокого стройного мужчины обозначился в темноте и татуировка у него на предплечье – черная змейка из непонятных символов, которую успела заметить, когда он ко мне наклонился.

А дальше перестала что-либо замечать и понимать, всецело отдавшись во власть головокружительных поцелуев и чувственных прикосновений.

Определенно, мне попался очень нежный и внимательный любовник.

Что весьма странно, если учесть, что оказалась я с ним в постели не по своей воле. Мог бы быстренько удовлетворить свои плотские желания и оставить меня в покое, не заморачиваясь долгими прелюдиями. Но он не спешил, превращая мгновения нашей близости в некий любовный ритуал. Его мучительно медленные движения во мне, сводящий с ума шепот, перемежавшийся с поцелуями, действовавшими похлеще любого афродизиака, сделали свое дело. Я, как это поэтично описывают в романах, воспарила к небесам. Вместе со своим загадочным похитителем.

Уже потом, медленно уплывая в сон в его объятиях, пробормотала:

– А я думала, Димка самый нежный в мире любовник…

Развить тему о бывшем женихе мне не дали, закрыв рот очередным поцелуем.

Девушка резко села на постели и прижала ладонь к губам, стараясь подавить в себе крик. Сердце в груди тревожно отсчитывало удары, и в унисон с ними где-то вдалеке послышались первые громовые раскаты. Заглушив невольный всплеск Силы, Веро?ника босиком пересекла комнату и вышла на балкон.

Несмотря на все попытки успокоиться, взять себя в руки, сама того не желая, она продолжала призывать ненастье. На небе заклубились тучи, рассекаемые яркими вспышками молний. Недовольно зашумели деревья, нашептывая ведьме о чем-то своем, сокровенном, и словно бы негодуя.

Некоторое время Вероника стояла неподвижно, впившись пальцами в каменные перила, и прислушивалась к этому ропоту, понятному только ей одной.