Мой (не)любимый дракон. Выбор алианы

Сначала разобралась с неверным женихом (жаль, мне голубчик не достался, вот бы я на нем отыгралась), пустившим по ветру немалое приданое своей невесты, а потом, за день до свадьбы, по пьяни женившимся на другой. С которой, как выяснилось, уже давно крутил шуры-муры.

Герхильд выслушал показания пострадавшей и провинившейся сторон все с той же невозмутимой физиономией. Ну хоть бы проблеск раскаянья во взгляде, хоть какая-то эмоция! Сочувствие по отношению к зареванной невесте или же презрение к моту и изменщику.

Ничего.

Строгий, но справедливый судья в лице рыжеволосой виконтессы велел разгильдяю год трудиться без вознаграждения у отца экс-невесты – золотых дел мастера, владевшего в столице ювелирной лавкой. И, пока будет пахать на несостоявшегося тестя, жить на иждивении своей новоиспеченной женушки, явно не обрадовавшейся такой перспективе.

Вторую проблему Гленда тоже разрешила быстро и успешно. Аптекарь из соседнего города – мужчина неопределенного возраста, чем-то напомнивший мне ястреба, наверное, из-за крупного мясистого носа с горбинкой и загнутым книзу острым кончиком – обвинил свою юную сиротку-помощницу в воровстве и с пеной у рта требовал, чтобы ей сию же минуту поотрубали к таграм собачьим руки.

Хорошо хоть хватило ума притащить бедняжку в императорский замок, а не чинить самосуд, за который сам мог лишиться обеих конечностей или и вовсе с головой распрощаться.

Выслушав яростные вопли аптекаря, Гленда велела эрролу Хордису осмотреть обвиняемую.

Вернувшийся в зал приемов лекарь подтвердил догадку алианы: помощницу избивали. Потому и решилась бедняжка выкрасть у садиста-наставника ценные зелья: чтобы продать их и сбежать из кошмара, в котором жила долгое время.

Аптекаря арестовали за жестокое обращение с девушкой. Которую, о чем-то пошептавшись с Хордисом, Гленда объявила его новой помощницей.

Скальде уже не выглядел таким мрачным, и снова алиане досталась от него пусть и скупая, но все-таки улыбка. Ну а старейшины после того, как виконтесса Дерьен озвучила свой вердикт, стали походить на группку религиозных фанатиков, явившихся на поклонение своей любимой богине.

Определенно, такая императрица им нравилась и всем устраивала.

Ариэлла тоже с достоинством справилась с обоими заданиями. Была в меру строга, в меру чутка и, конечно же, справедлива, и принятые ею решения нашли отклик в сердцах почтенных магов, выразившийся удовлетворенными перешептываниями и кивками.