Пепел погасшей звезды

А с чего вы решили, что я куда-нибудь денусь?

– Тэн думал, что как только увидишь свою каюту, сразу же побежишь к жениху, – весело пояснила Нуна.

– Или он тебя подкараулит в каком-нибудь безлюдном отсеке и по-тихому отомстит за унижение.

Меня передернуло.

Да, я не была в восторге от своей комнаты, но менять ее на роскошные апартаменты, в довесок к которым прилагался Рейн, точно не собиралась.

А вот второе предположение Тэна вполне могло оказаться реальным. Даггерти ведь так просто это не забудет.

Непременно захочет со мной поговорить. Может, даже устроит какую-нибудь гадость… Создатели! А ведь здесь меня никто от него не защитит!

– И все-таки, почему сбежала? – полюбопытствовала с иронией Нуна. – По тебе и не скажешь, что всю жизнь мечтала вступить в ряды защитников Федерации. Женишок не подошел?

– Скорее, оказалось, что ему не нужна невеста.

Заметив, как я погрустнела, Тэн флегматично посоветовал:

– Забей. – И покосился на мою тарелку. – Лучше ешь это сейчас. Когда остынет, станет на вкус как резина.

Я зачерпнула ложкой немного каши и отправила ее в рот. Зерна инчи были богаты клетчаткой, витаминами и минералами. Ею быстро насыщаешься, и голод долго не возвращается. Недорогой полезный продукт, да к тому же еще и легкий в приготовлении. Достаточно залить кашу кипятком и добавить немного специй. Идеальный вариант, чтобы быстро накормить несколько сотен пассажиров.

В нашей семье такую кашу не употребляли. Считали ее кормом для «простых смертных». Для нас же, «небожителей», еда готовилась исключительно из дорогих и обязательно труднодоступных продуктов.

А каждая трапеза превращалась в ритуал, проведением которого изо дня в день и из года в год занималась мама.

Видела бы она, что я сейчас ем, залила бы мне всю тарелку горькими слезами.

За болтовней с ребятами удалось отвлечься от мыслей о Рейне, и настроение тут же начало подниматься. После обеда нас поделили на группы по пятьдесят человек для проведения первого инструктажа. К счастью, я оказалась в группе с Нуной и Тэном.

Ребята мне нравились. А от осознания того, что на корабле есть кто-то, с кем я могу перекинуться словом, придавало сил и уверенности.

Нам велели следовать за высокой блондинкой в форме. В отличие от многих сновавших по кораблю радаманцев у нее на куртке не было золотых нашивок и орденов. Зато у мужчины, что дожидался нас в зале, этих самых нашивок имелось бессчетное множество.

– Дайлан, – тихонько простонала я.