Шиари выбирает первой

Жаль, что в ответ получила снисходительный смешок и горькие слова:

– Тебе прекрасно известно, что они скажут. Рифера благословят на учёбу, а тебя… А тебя они знать не желают. И никогда не простят.

– А прапрабабушка Мэв? – ухватилась за последнюю надежду. Кто-кто, а она точно должна понимать всю полноту нашей… безвыходной ситуации.

– Я с этой… этой… – Не придумав, чем заменить явно непристойное словечко, фамильяр ворчливо продолжил: – Не желаю я с ней говорить. И точка! Да и она со мной тоже. Никогда меня не уважала и за хранителя не считала.

Неблагодарная!

– Но если ты к ней по-хорошему…

– Я со всеми, Лайра, по-хорошему! Просто не все видят в моём хорошем хорошее!

– Эшви, пожалуйста. Я в отчаянье. – Сплетя перед собой пальцы, я с мольбой воззрилась на фамильяра.

Секунда, другая, и Эшвар не выдержал, сдался.

– Ладно, – пробормотал, тяжело вздыхая, и стал отступать в полумрак. – Попробую покукарекать с ведьмой. Но только ради тебя, деточка. Помни об этом. И потом не говори, что я для тебя не стараюсь.

Всю жизнь тебе посвящаю. Собственным здоровьем рискую. Всё для Лайрочки. А вы… Все вы одинаковые… Неблагодарные…

Постепенно голос стих, свечи стали гаснуть. Поднявшись с колен, я подхватила керосиновую лампу и побежала через сад в дом. Под проливным дождём.

Спать. Больше я сегодня уже ничего не смогу сделать. Ни с Тессой, ни с Рифом говорить не хотелось. Не сегодня. Не сейчас.

В комнате, переодевшись, без сил рухнула на кровать. Засыпая, молила духов, чтобы помогли, не бросили на произвол судьбы.

И чтобы мне не снились страшные сны.

Ночь прошла относительно спокойно. Кошмары – частые гости моего подсознания – сегодня не терзали. Хотя нет, один кошмар всё-таки терзал. Мучил, истязал. Мне снился генерал. Бал дебютанток и наш с ним первый танец. Почему с ним, а не с каким-нибудь охотником за образцово-показательной супругой? Да джар его знает. Но факт оставался фактом: именно рука Эскорна лежала на моей талии. Другой он бережно касался моей ладони, сплетая пальцы.

Смотрел на меня, а я не сводила взгляда с идеально скроенного по фигуре мундира, украшенного орденами и знаками отличия, не решаясь поднять глаза. Его близость, осторожные прикосновения будоражили и волновали. И что самое страшное…

Мне не хотелось, чтобы этот танец заканчивался.

Не стоит уточнять, что проснулась я с гулко колотящимся в груди сердцем, а увидев перед собой нахмуренную морду Эшви, от неожиданности испуганно вскрикнула.