Шиари выбирает первой

Теперь он был проливным, и за мутной пеленой едва просматривались неровные очертания небольшой постройки с куполообразной, похожей на половинку луковицы крышей. Невольно вспомнила об Эскорне.

Интересно, как он там? Скачет? Дороги наверняка размыло. Ещё и похолодало резко, словно осень уже обивает пороги империи. Наверное, я повела себя с ним по-свински, но…

Но нельзя вот так врываться и перекраивать чужую жизнь!

Толкнув тяжёлую дверь, протяжно заскрипевшую от удара руки, юркнула внутрь и огляделась.

Первым делом зажгла свечи, выхватившие из тьмы старый алтарь и ведущие к нему три ступени. Продолжая мелко дрожать, поднесла заледеневшие руки к трепещущему над свечами пламени. Взгляд скользнул по ликам на старинных портретах. Предки… Великие чаровики, полководцы, завоеватели. Скоро и отец к ним присоединится. Когда его душа окончательно сольётся с новым миром. Здесь, в этом небольшом зале, хранилась память обо всех мужчинах нашего рода. Ну, и о прапрабабушке Мэв, конечно же, посмевшей бросить вызов многовековым традициям.

Правда, она плохо кончила, и, если я буду вести себя неосмотрительно, со мной произойдёт то же самое.

Поэтому…

– Эшви, ты здесь? – позвала, привычно опускаясь на колени.

Хранитель отзывался не сразу, да и не всегда, поэтому следовало проявить терпение.

Вот только сейчас у меня его не было.

– Эшви!

В ответ вполне ожидаемая тишина.

– Эшвар-Айнахар-Ринар, хотя бы раз в жизни вспомни, для чего тебя создали!

– Да тут я… Тут! – донеслось ворчливое из темноты.

Там, куда пламя свечей не способно было дотянуться. – Никакого покоя ни в выходные, ни в праздники. Неблагодарные!

Начинается…

У каждого магического рода есть свой хранитель. Драконы, фениксы, василиски. Духи, способные обретать плоть, верные слуги своих господ. И есть Эшви. Та ещё заноза в… Ну то есть головная боль всех Ноэро.

Вот уже несколько столетий.

– В воскресенье у меня выходной – сто раз уже обсуждали, – продолжал бубнить хранитель, демонстративно приближаясь ко мне задом, словно пятился от чего-то пугающего, притаившегося в дальнем углу молельни.

 – В субботу короткий день, а в пятницу и понедельник я в духовном общении с предками.

– Сегодня среда, – напомнила фамильяру, наблюдая за тем, как он неторопливо ко мне разворачивается.

– Среда – неприёмный день.

– Я выхожу замуж.

Реакция не заставила себя долго ждать. Хранитель взвизгнул, истерично взмахнув короткими крыльями.