Зачарованная тьмой

– Это и есть та самая печально известная реликвия?

Мама кивнула:

– Некоторые источники утверждают, что только благодаря заговоренной чаше и хранившейся в ней силе, графиня не старела. Якобы артефакт способен исполнить любое сокровенное желание своего обладателя. В случае Эржебет – это была молодость.

– Ясно, аналог лампы Аладдина, – охарактеризовала я «волшебную» емкость. – А почему вы решили, что чаша находится в замке?

– Не так давно я узнала, что графиня успела спрятать сосуд, прежде чем ее схватили.

Он должен быть где-то в подземелье, – ни секунды не сомневаясь, ответила мама.

– И вы в это верите? – нахмурилась я. – Даже если так и было, голову даю на отсечение, за столько веков сия псевдомагическая реликвия уже успела обрести другого хозяина и теперь пылится в какой-нибудь частной коллекции. Или на свалке, где, на мой взгляд, ей самое место. До вас ведь в этих подземельях наверняка побывала уйма народу.

– Твоя мать убеждена, что чаша по-прежнему находится здесь, где-то среди развалин, – буркнул отец.

 – Я придерживаюсь иного мнения.

– Скоро оно у тебя поменяется, – безапелляционно заявила родительница, проводя рукой по бугристой кладке.

Я забралась на одну из полуразрушенных стен и, выбросив из головы мысли о бесполезном сосуде, залюбовалась панорамой. В долине раскинулась небольшая деревушка, носящая одноименное с замком название Чахтице. Возле домов, окаймленных лентами дорог, зеленели палисадники. Черепицу на крышах золотили последние лучи заходящего солнца, медленно тающего за горизонтом.

По небу неспешно плыли кучевые облака. Завершали идиллическую картину горы – вечные стражники мрачного замка.

Налюбовавшись на живописные руины, мама удовлетворенно заключила:

– С местностью мы ознакомились, завтра с утра пораньше приступим к работе.

Я, до этого устало таращившаяся по сторонам, встрепенулась и спросила:

– Погодите-ка, а мне что в это время прикажете делать?

Наивная! Почему-то была уверена, что сперва родители покажут мне город, заглянут со мной в местные сувенирные лавки, в общем, хоть малую толику времени уделят ребенку, а у них, оказывается, и в мыслях не было меня развлекать.

И это называется семейный отдых?

– Можешь нам помогать, – простодушно предложил отец.

– Копаться в развалинах? Нет уж, увольте.

Мама пожала плечами:

– Тогда сама займись своим досугом. Мы ведь тебя предупреждали, что едем сюда ради дела.

«Лучше бы с Изкой махнула в Турцию», – запоздало пришла здравая мысль.