Зачарованная тьмой

 – Местные утверждают, что на закате она покидает свою темницу и до самого рассвета бродит по окрестностям в поисках новых жертв.

– А еще там по склонам маршируют гномы и отплясывают лезгинку лесные эльфы, – рассмеялась я.

Камил, к сожалению, не оценил мой юмор.

– Зря ты так. Словаки чтят свою историю. Некоторые предания вполне правдивы.

– Например?

Парень призадумался. Наверное, гадал, с какой байки лучше начать.

– Немногим известно, что со смертью Кровавой графини история рода Батори не закончилась, – после короткой паузы сказал он.

 – Ее сын, Пал, унаследовал колдовскую силу матери и приумножил ее. Сумел подчинить всех чародеев, обитавших в то время в Венгерском королевстве. Клан Батори стал самым могущественным, а впоследствии единственным колдовским кланом в Центральной Европе. Колдуны, не пожелавшие ему покориться, теряли не только силу, но и жизнь.

– И что, этот ваш супермогущественный клан существует до сих пор? – с самым серьезным видом, старательно пряча улыбку, поинтересовалась я.

– Не совсем, – покачал головой мой новый знакомый-полиглот. – Спустя два века после смерти великого колдуна его потомки, братья Изидор и Амадеус, сошлись в смертельном поединке за бразды правления наследием Батори. Изидор был первенцем и имел полное право претендовать на отцовский «престол», но Амадеус, гордый и честолюбивый, не пожелал покоряться первому по старшинству. Он вызвал Изидора на дуэль. По древнему обычаю победитель отбирал у проигравшего силу и мог всецело распоряжаться его судьбой.

Оба брата обладали огромным магическим потенциалом, у обоих был сильный дар и в результате оба погибли.

Камил все поглядывал в мою сторону. Наверное, пытался понять, какое впечатление произвела на меня история рода Батори.

– Без железной руки клан был обречен на вымирание. Йоланда, сестра кровных соперников, пыталась сохранить единую семью, но не смогла. Подросшие наследники Амадеуса и Изидора предпочли миру вражду, начатую их родителями.

Произошел раскол. Потомки Изидора сохранили имя Батори, приемники Амадеуса стали называться Эчедами.

Камил печально усмехнулся, будто история рода Батори повлияла и на его судьбу.

– Грустная сказка. Для пущего трагизма не хватает молодых влюбленных из враждующих семей. Чтоб как в «Ромео и Джульетте»: он выпил яд, она себя кинжалом заколола, тем самым примирив враждующие стороны. Только несчастным молодоженам было уже все до лампочки.