Наследие ушедшей цивилизации

 – Её мать была такой и бабка. Бабка, правда, чуть поменьше. А вот прабабка нет… Что-то стало меняться в генотипе у них в роду. Она не будет клонироваться дальше.

– Не разрешают?

– Не хочет. Ей очень трудно передвигаться.

Анитси схватила за руку Марту и потащила по лестнице вверх, дальше, к полуоткрытой двери, откуда доносились оживлённые разговоры и смех.

– Которая здесь Элайза? – тихо спросила Марта, пробираясь в комнату вслед за Анитси.

– Сейчас увидишь.

И Марта увидела. Та сидела в окружении других ириканок на широком табурете, подогнув одну ногу под себя – высокая, стройная, непонятного возраста.

Необычное сочетание сдержанности стиля одежды и нежных черт лица. Её золотистые волосы строго собраны в большой пучок на затылке, что выгодно подчёркивало белизну и стройность шеи и покатые плечи. Тёплая кофточка и плотные брюки классического покроя были прямым отражением моды северных районов, что делало всех жителей похожими друг на друга. Но резким контрастом во внешность Элайзы врезался цинично-прожигающий взгляд её синих глаз. А обветренные губы, казалось, навсегда сложены в иронической усмешке.

Ириканки весело болтали, но когда вошли гости, сразу умолкли и стали беззастенчиво разглядывать пришедших.

– Привет, девочки! – Анитси раскрыла ладони. Марта повторила за ней движение.

– Здравствуй, рыжая, – Элайза напряжённо улыбнулась потрескавшимися губами. Ей, видно, больно было улыбаться. – Это же маленькая Бескровных с тобой?

Девушки напряжённо молчали, лишь изредка шушукаясь между собой.

Марта боязливо оглядела присутствующих и почувствовала, что они боятся её больше, чем она их. Она поздоровалась со всеми ещё раз, заглядывая чуть ли не каждой в глаза.

«А глазища-то какие! Как у матери. Так и зыркает», – разнеслось по всей комнате.

Пока Марта налаживала контакт с местными девушками, а они, обступив её, рассматривали со всей сторон, Анитси пробралась к Элайзе.

– Как ты?

– Также, – Элайза стояла перед ней, скрестив руки на груди. – Наш личный доктор следит за мной день и ночь.

 – Она смотрела на Анитси с усталой улыбкой и лихорадочным блеском в глазах.

– Ты не сердишься на меня, что я привела к вам гостью? – Анитси не выдержала её взгляда и тоже улыбнулась.

– Нет, – Элайза небрежно пожала плечами. – Лучше расскажи, с какой целью.

– Она стала всё чаще запираться у себя в комнате и почти ни с кем не общается, кроме прислуги и меня. Бзик у неё появился – так она это называет. Считает всё кругом ненастоящим.