Повелитель тлена

Когда последние крупицы смертоносной силы покидали тело, оно начинало разлагаться, превращалось в тлен.

Хэймо говорит, что существуют целые кладбища, где похоронены не совсем мертвые высшие. Они лежат в своих роскошных склепах, в хрустальных гробах. Как Белоснежки. Вот только не находится таких принцев с принцессами, чтобы их разбудить.

За ними ухаживают, их навещают. По словам Хэймо, некоторые склепы будут пороскошнее иных дворцов.

Жаль, что при таком почтительном отношении к мертвым высшие ни во что не ставят живых.

В Верилии маги составляют примерно треть населения. Остальные – простолюдины. Поначалу они-то и являлись основным источником питания для этих отморозков. Пока не выяснилось, что у обычных людей после контакта с высшими не восстанавливается эмоциональный резерв. И это постепенно приводило к такой же, как и у магов, смерти, способной растянуться на целые годы.

Осознав это, власти забеспокоились о своем народе и его судьбе. На помощь были призваны лучшие ученые мужи Эльмандина.

Кто-то искал лекарство от странного недуга, кто-то надеялся обнаружить способ восстанавливать эмоциональный резерв.

А один умник (отдельное ему за это спасибо!) придумал, как выманивать людей из другого мира. Таких магов, как он, стали называть трапперами. А иномирцев – пришлыми.

– И что, никак нельзя избавиться от этих сил? – спросила я тогда у Хэймо. – Раз из-за них столько проблем и бед.

– Не все так просто, милая, – грустно усмехнулся маг. – Ритуал отречения сложен и небезопасен.

Велики шансы после него умереть. Я вот когда-то по глупости решился, – мужчина задумчиво пожевал чубук своей старенькой трубки. – А в итоге чуть не погиб и стал никем. Из могущественного высшего превратился в того, чьих сил едва хватает на создание простейших иллюзий. А вот зависимость никуда не делась… Многие считают так: зачем рисковать собой, когда можно выманивать пришлых? Да и не хотят маги терять способности, когда можно просто приобрести себе пару-тройку рабов или использовать для подпитки создаваемые с вашей помощью артефакты.

Хэймо объяснил мне, что у пришлых этот самый эмоциональный резерв – самовосстанавливающийся. Главное – не опустошать до конца. Иначе тоже в хрустальный гроб в белых тапочках. Или, что более вероятно, в обычный крематорий. Такие, как я, хрустальных гробов недостойны.

Хэймо и остальные отмалчиваются, но я знаю, что именно это произошло со мной в ночь, когда меня выбросили за ненадобностью. Меня почти опустошили.