Цион

А как, по-твоему, вообще тогда Цион узнает о наших нуждах? Ведь Цион – это мы сами! А если мы не можем говорить…

– Ты правда думаешь, что все эти писульки кто-то читает?

Риина распахнула платяной шкаф и принялась перебирать одежду.

– А почему бы и не читать? – Я развела руками. – В Сенате полно народу. Думаешь, там некому заняться чтением этих, как ты говоришь, «писулек»? Сама вспомни: на прошлой неделе отремонтировали асфальт на ла’Триде, месяц назад открыли балетный класс на площади ли’Гор… А школьная форма? Жаловались же на юбки, теперь и брюки разрешили.

– Это всего три жалобы. А сколько их каждый день сыпется, как ты думаешь?

– Много, наверное.

– Ну вот.

– А что «вот»? А вознаграждения? Сто баллов за предложение, которое утвердят в Сенате?

– А ты когда-нибудь их получала? Ты ведь строчишь эти предложения одно за другим.

Я не ответила. Риина была права: я и сама не считала, сколько запросов я подала за свою жизнь через терминалы.

– Может, предложения у меня банальные.

– Не знаю.

– К чему ты, Риина?

– Неважно.

– Нет уж, говори.

Риина помедлила, а потом все же тихо заговорила:

– Ты никогда не получала крупных штрафов. У тебя не списывали баллы по ошибке. У тебя в семье никого не исключали.

Я почувствовала, как раздуваются у меня ноздри.

– Я за собой слежу. Я только и делаю, что слежу за собой, чтобы не получать штрафов, и пашу, чтобы получать эти… терминаловы баллы. И если бы у меня что-то списали по ошибке, я бы все пороги в министерстве подсчетов оббила.

Я осеклась. Риина не ходила на церемонии исключения. Вот в чем дело.

– У тебя кого-то исключили, да?

Риина ответила не сразу:

– Отца.

– Отца… – эхом повторила я.

Что хуже – умереть от тетры в лазарете или быть изгнанным за стены и скончаться от нее уже там?

– Это было давно. Восемь лет назад.

– Но за что?

– Ты же сама сказала: причин не объявляют.

– Но ты же его дочь… Тебе и маме – вам-то должны были сообщить!

– И семье тоже ничего не объясняют.

– Не может быть.

Риина на меня покосилась:

– Может, Тесса, может. Это тебе повезло, ты встроилась в систему, и она гладит тебя по головке. Но так не у всех.

Слова сочувствия застряли в горле. К щекам у меня так и прилила горячая кровь.

– «Повезло»? Мне повезло?

– Я имела в виду…

Риина прикрыла глаза:

– Твоя мама… Я… Прости.

– Ага, мама. А еще отец. Тоже тетра. Вот уж повезло, а?

Я сжала зубы.