Цион

Так не бывает. Если бы твоя мать нагуляла тебя без брака, ей пришлось бы от тебя избавиться.

Я стиснула зубы. Да какое ла’Гарде дело? Неужели для съемки на плакаты все это важно?

– Мой отец умер от тетры. Мне не было и года.

– Ах, умер от тетры. Интересно.

Ничего интересного я в этом не находила, но ла’Гарда отвернулась и вопросов больше не задавала.

– На нее еще две ставки, – объявил мужчина.

– Покажи. Да чтоб тебя… А это уже любопытно. Неужели сиротки и обездоленные снова в моде? Странно.

Я думала, слезовыжималками уже никого не удивишь. Или дело в баллах? Да, баллы, конечно, очень неплохие… А что, если подогреть интерес еще немного? Поднимем архивные версии ее дела… – Ла’Гарда отвернулась и прошлась вперед-назад. – Да-да, отличная идея… Покопаемся в архиве… Отца нужно найти. А если нет, подашь ее на срочное удочерение. Срочное, понял?

Помощник кивнул.

– Приютская брошенка – это очень трогательно, но новая семья – это еще лучше… Да-да, именно так. Срочно найдем ей новую семью.

Тогда и цена возрастет.

Ла’Гарда ходила по залу. «Приютская брошенка», «сиротка», «слезодавилка»… Какого терминала? А цена – какая еще цена? Цена чего?

Сверкнула линзой повернутая камера, и я поняла, что на меня уже никто не смотрит.

– Прошу прощения, – сказала я вежливо, но очень твердо. – Я бы не хотела, чтобы вы всем этим занимались. Я пришла на отбор и совершенно не нуждаюсь в помощи. Мне не нужна новая семья.

Еще позавчера я ждала выздоровления мамы и мечтала о том, как мы переедем в комнату получше.

Вчера я ночевала на койке в спальне среди других сирот. А что сегодня? Новая семья еще до прощания со старой, и все это для того, чтобы «подогреть» какой-то там интерес? Какого терминала они вообще творят?

Ла’Гарда развернулась ко мне, и, прежде чем она могла бы что-то сказать, я осторожно добавила:

– Я очень благодарна за то, что вы рассмотрели мою кандидатуру. Но я не очень понимаю, как связаны моя потенциальная роль и мое семейное положение…

Ла’Гарда чуть наклонила голову набок, и мне вдруг стало холодно.

– Милое мое солнышко…

Она подошла и при мне развернула на визоре мое личное дело. Нажала на какую-то кнопку, и счет на экране мигнул.

– Минус пятьдесят баллов.

– Но…

Не сводя с меня взгляда, она нажала на еще одну кнопку, и счетчик мигнул снова.

– Еще сто. Хочешь поспорить? У тебя неплохие баллы, и потому ты здесь. Но что будет дальше, зависит не от них.