Полюби меня нежно

– Любуюсь тобой?! – похотливо его глаза забегали по моему телу. – Ты долго еще ломаться будешь?! Иди ко мне.

Он притянул меня к себе и попытался поцеловать.

– Отвянь, придурок! – не растерялась я, двинув ему коленом между ног.

– Сука! Ты что о**ела!

Я оттолкнула корчащегося от боли идиота, открыла дверь и выбежала на поиски Аллы. Пробежалась глазами по комнате. Нашла ее весело воркующей на диванчике с Мишей. Не захотела их тревожить и просто ушла.

Расстроенная, что вечер оказался таким ужасным, и подруга в очередной раз угодила, до общаги добралась быстро.

Слава богу, квартира была недалеко, а улица хорошо освещенная.

Очень хотела пройти незаметно мимо вахтерши. Не было еще одиннадцати и дверь была не закрыта. Я тихонько прокралась мимо Валентины Семеновны, которая, к моему удивлению, спала, положив голову на стол. Алла предупредила меня ранее, что заплатила ей, и она впустит нас без проблем. Но не было особого желания встречаться с осуждающим взглядом пожилой женщины.

В общаге было совсем тихо и спокойно.

На выходные большинство разъехались. Я не спеша шла к нашей комнате, доставая ключ на ходу.

– Краснева? – услышала я за спиной неприятный хриплый голос.

– Вообще-то,  Красникова! – обернулась я и увидела высокого парня в капюшоне.

– Ну да. – почувствовала как кто-то сзади схватил меня и накрыл рот и нос платком, не позволяя и слова вымолвить.

В глазах мгновенно потемнело, тело обмякло, а я провалилась в бездну.

– Это точно она?

– Да 100 процентов.

Комната та же, фамилия вроде тоже.

Я слышала голоса словно издалека. А потом и вовсе все умолкло.

С трудом открыла глаза спустя время. То ли сон, то ли обморок, так и не могла понять что произошло. Голова кружилась и все расплывалась вокруг.

– Что произошло? – произнесла я еле слышно.

– Блин, ты какого лешего проснулась?! Спи еще!

Неприятный запах эфира опять заставил меня отключиться.

3 Серый

Серые тучи затянули небо. Лишь на мгновение осеннее солнце показывало свои лучи, напоминая нам, что оно все еще есть.

Я стоял и смотрел на холодный черный мрамор надгробия, и, казалось, что в этот же мрамор превратилось моё сердце.

– Все по-прежнему мои родные. – говорил я, поглаживая маленького ангела со сложенными крыльями. Памятник, сделанный по моим эскизам, для моего не рожденного сына. – Уже целый год все также учусь жить без вас. И у меня это очень плохо получается. Просыпаться без тебя, родная, мне с каждым днем все трудней.