Лунная мелодия

– Ты не напомнила, эту боль не забыть: истинный – это половинка твоей души, без него нет жизни, радости и счастья. Словно половинка твоей души растворяется  в темноте. И вот я все жду, когда же Боги подарят мне смерть, и я встречусь с любимыми.

– Возможно, вам тоже стоит оставить прошлое, если вы живы, значит, есть для чего, – осторожно подбираю слова.

– Теперь понимаю, что есть, и ради кого, – ласковым взглядом посмотрела на меня Катарина.

Кажется, две покалеченные горем души из разных миров нашли друг друга.

– Это самое главное, – настал мой черед поддержать ту, кто дала мне свой кров, ту, что нашла меня и поддерживает в трудную минуту. Положила свою руку поверх ее руки. – Если есть, ради чего, то стоит жить и радоваться жизни. Думаю, Ваши мужья будут только рады. Знаете, перед тем как попасть сюда, мне сообщили на работе, что моя бабушка, которая заменила мне мать, растила, лечила мои вечно покалеченные коленки, любила, поддерживала и помогала, – умерла.

А дома муж, в котором я души не чаяла, терпела его унижения, недоверие, оскорбление, а иногда он прикладывал руку, изменил мне с лучшей подругой. И я только могу догадываться, сколько раз это было. Возможно, Вы и правы: судьба соединила нас не просто так, – я произнесла то, что явно боялась сказать мне Катарина. – Позвольте представиться, – приподнялась в жуткой ночной рубашке, сделав кривой реверанс, – Антипова Зоряна Григорьевна, очень приятно с вами познакомиться, Катарина, – протянула руку для пожатия.

– Очень приятно, Зоряна, – с улыбкой пожала мою руку хозяйка дома. – Катарина Линдон.

– Вот и отлично, – произнесла я, только вот с чего начать свою новую жизнь, даже не догадывалась.

Растерянно посмотрела в глаза женщины, возможно, ища поддержки и понимания. И вот что удивительно, я ее получила от постороннего человека. Столько нежности, тепла и ласки в одном взгляде, это не передаваемо, в душе что-то предательски сжалось, хотелось ее обнять, как родную маму.

Я не знала свою маму, мне ее заменила бабушка, потому что та, что дала мне жизнь, для нее я – ошибка молодости, и чтобы не портить себе жизнь и не обременять себя обузой, она оставила меня на бабушку. Как-то она приезжала на бабушкин юбилей, посмотрела на меня холодным взглядом и так же холодно произнесла:

– Тебе не мешало бы покраситься, этот цвет тебе не идет.