Любая ночь кончается

Меня зовут Рина, это история о мести перевернувшей мою жизнь.

Я никогда не смогу забыть эту жаркую июньскую ночь, в сумраке которой мне довелось встретить своего убийцу. В момент его появления, я почти потеряла надежду на спасение, а глядя в его глаза – попрощалась с жизнью. Но, именно та встреча спасла меня от участи гораздо хуже смерти…

Оказывались ли вы в ситуации, когда ваша жизнь перестает иметь ценность для окружающих?

Я оказалась. Ровно год назад – я потеряла отца и мужа. И с того момента была втянута в опасную игру, затеянную моим дядей.

Из-за его желания обогатится, моя жизнь висит на волоске, а я над ней не властна.

Из-за его козней, я стою в луже чужой крови и готовлюсь к смерти.

Знала бы я, что это только начало масштабной мести моих врагов – моей бывшей семье.

ВЛАД

На темной, дубовой поверхности, лежит тонкая коричневая папка, раскрытая на первой странице. Ее только что принес Олег и кинул на стол. Его привычка швырять вещи всегда меня раздражает.

Хотя если подумать у моего брата вообще потрясающая способность досаждать меня самыми пустячными вещами. Он младше меня всего на семь лет, но порой ведет себя как ребенок.

Из папки вывалилась фотография молодой женщины. И я медленно поднял ее, чтобы посмотреть.

– Твоя цель, – поясняет Олег. Будто я без него не прочитаю и не пойму.

Женщина сфотографирована на фоне кладбища. Она во всем черном смотрит в пространство абсолютно безучастно. Словно в этот момент ее на самом деле нет.

У нее длинные темные волосы и печальные голубые глаза. Красивая, замечаю про себя. Откладываю ее фотографию, и пробегаюсь взглядом, по записям в папке.

Ее зовут Рина Варламова. Ей 29 лет. Вдова.

Несколько страниц из личного дела, собранного нашими ребятами. Итак, она недолго работала в компании отца. Лингвист. Знает пять языков. Закончила с отличием лингвистический факультет крупного ВУЗА. Затем вышла замуж…

Данные о семье. Отец и муж, бизнесмены, погибшие около года назад.

Четырехлетний сын, находящийся под опекой её родного дяди.

И данные  психиатрической экспертизы проведённой местной клиникой.

Начальная стадия шизофрении. Рекомендуется принудительное лечение.

Занятно. И с ней мне придется разобраться? Не выглядит она умалишенной.

– Это та Варламова, что с нами договор заключала? – спрашиваю Олега. Хоть я и не присутствовал при заключении контракта, но данные по нему у меня хранились.