Жена фабриканта. Том 2

Убедить матушку невозможно, и я вынужден был уйти… Знаю, что причинил ей боль, но в тот момент не мог поступить иначе, – Петр снова малодушно искал оправдания содеянному, только теперь уже в глазах Ольги Андреевны. Сперва хотел рассказать ей всю правду о своем воровстве, но когда посмотрел на ее честное одухотворенное лицо, понял, что она вряд ли его поймет. Да и у него самого, пожалуй, не хватит духа этим рассказом, пусть и с раскаянием, разрушить установившиеся между ними теплые доверительные отношения.

– А с матушкой вы уже помирились? – спросила Ольга Андреевна, с участием глядя на молодого человека.

– Пока нет, но когда она вернется из своих палестин, я с ней поговорю. Надеюсь, она простит меня.

– Уверена, что простит. Матушка любит вас больше кого бы то ни было, – уверила его Ольга Андреевна.

– Эти господа втянули меня в свой преступный сговор, а теперь вымогают деньги, – судорожно выпалил он.

Она охнула, прижала ко рту руку и спросила:

– Сколько на вас числится долга, голубчик?

– Сейчас осталось четыреста рублей.

Ольга Андреевна призадумалась.

– Я подумаю, как вам помочь. Дать вас сразу все деньги у меня не получится. Возможно, смогу по частям. Но вы на меня уж, сделайте милость, не обижайтесь. Я сама съезжу к этим людям и отдам им деньги.

Петр Кузьмич в изумлении уставился на невестку.

– Это невозможно. И опасно. Они нехорошие люди.

– Ну чем они для меня могут быть опасны? Я их не боюсь.

Я старше вас, и взять с меня нечего. К тому же, я дама, – и обворожительно улыбнувшись, прибавила, – когда я найду деньги, я вам сообщу. Вы расскажете, куда нужно съездить?

Петр пожал плечами:

– Вы ставите мне невыполнимые условия. Я не могу согласиться, чтобы ради меня вы подвергали себя опасности.

– Петр Кузьмич, я поеду не одна. Вам не нужно за меня беспокоиться.

– С Иваном? Тем более невозможно. Мне ничего не нужно от вас, Ольга Андреевна.

Денег тоже не нужно, – хмуро кивнув, он попрощался с ней и быстро ушел.

2

Иван Кузьмич встрепенулся, когда зазвенел дверной звонок. В коридоре раздались энергичные шаги, распахнулась дверь, и к нему буквально ворвался широкоплечий высокий богатырь с аккуратно постриженной черной бородкой, брат Федор.

Они пожали друг другу руки и крепко обнялись, тепло, по старинке троекратно расцеловавшись.