Его невинная жертва

От одной мысли мне становится дурно. Но с другой стороны, мне… понравилось нарушать запреты.

Я подмигиваю своему отражению и едва не кричу, когда слышу звук сообщения. Беру телефон и снимаю блокировку. Пробегаюсь глазами по экрану и чувствую, как щёки снова начинают гореть.

«Охрененная задница, Роза. Теперь я знаю, на какую картинку буду дрочить перед сном и что буду рассматривать в мельчайших деталях»

Несколько раз я перечитываю сообщение, но так ничего и не отвечаю. Я просто не могу. Я не знаю, как вести себя в такой ситуации.

У меня слишком мало опыта общения с мужчинами! А его слова пошлые и недостойные! Разве можно писать такое девушке? Это вообще нормально?

Но почему его слова мне так понравились?…

* * *

Уже битый час мы ходим по магазину и выбираем одежду для малыша. Через несколько недель Эмилия должна родить. Мы все с нетерпением ждём появления племянника. Да, у брата будет сын. Наиль, эта бесчувственная глыба, просто светится от счастья. Я тоже очень рада за них. После того, что им пришлось пережить… После того, как он едва не потерял свою Милаху… Даже представлять страшно.

– О, посмотри какая прелесть! – восклицаю я, показывая Мили маленькую футболку с надписью #весь_в_отца.

Девушка счастливо смеётся.

– Её мы по-любому возьмем!

– Словно кому-то нужно напоминание, чей это сын, – я глажу рукой огромный живот Эмилии. – Как думаешь, на кого он будет похож? Уже бы побыстрее вылез, так хочется увидеть!

– Думаю, он будет похож на Наиля, – с улыбкой полной любви произнесла девушка.

– Главное, чтобы мозгами в тебя пошёл.

– Будем верить в лучшее, Ками, – снова смеётся жена брата.

Охранники помогают загрузить покупки в багажник. Я машу на прощание Мили и залезаю во внедорожник, который отвезёт домой.

После нападения на нас паранойя Амирхана вернулась с новой силой. Он укрепил охрану, и теперь, когда мы выходим из дома, нас окружает маленькая армия. Но самое ужасное – нам, девочкам, нельзя ездить в одной машине. Брат не допустит, чтобы мы трое ещё раз попались врагам.

Я, конечно, понимаю все его опасения, но уже прошёл почти год, а мы до сих пор не вернулись к нормальной жизни.

Мы с Эмилией пришли в себя, а вот с Лейлой до сих пор занимается психолог. Оно и понятно… Малая – домашний цветочек. Мы слишком её оберегали, а то, что произошло… надломило её психику. Признаюсь честно, я и сама до сих пор просыпаюсь от кошмаров. В тот день мне было так страшно и больно, как никогда в жизни.