Горечь твоей любви

Повернула голову на голос и увидела, что на детской площадке сидит кучка малолеток и что-то распивают. Решила проигнорировать их. Вступать в конфронтацию с такими не стоит. Хотя так и подмывало сказать пару ласковых. Пошла быстрее к подъезду. Слышала, как они улюлюкают и что-то громко говорят вслед. Мне стало страшно. Сердце начало быстро биться о ребра. Открыла дверь подъезда и начала стремительно подниматься на третий этаж по ступеням, как назло, лифт не работает со вчерашнего дня.

Шаг… Другой… Каблуки цокали по ступеням.

На ходу достала ключи от квартиры, как услышала позади себя шаги. Кто-то шел за мной. От этой мысли я похолодела. Стала перепрыгивать через ступени. Еще чуть- чуть, еще немного…

Добежала до квартиры. Я не смела обернуться, просто не могла. Дикий ужас накрыл меня с головой. Сколько было случаев с такими малолетками… Руки так сильно тряслись, что не сразу попала ключом в замок. Наконец-то справилась с волнением и открыла дверь квартиры.

Все хорошо. Я уже дома.

Прошмыгнула внутрь и хотела захлопнуть за собой дверь, но не смогла… Между стеной и дверью кто-то просунул кроссовок. Внутренности узлом скрутило от дикого ужаса. Все происходило, словно со стороны, не со мной, не здесь.

Тяжело сглотнула и медленно подняла взгляд на незваного гостя. И тут же попала в ловушку темного, горящего взора.

– Вот мы и остались наедине, леди Ди, – сказал Ярослав, без труда отодвигая меня от двери квартиры, и вошел внутрь.

Глава 10

Ярослав

Меня трясло от ярости и злости. Я не имел никакого права на эти эмоции. Знал, что рано или поздно Диана начнет жить своей жизнью. Но никогда не думал, что собственными глазами это увижу. Свою чистую, невинную, отзывчивую девочку с другим мужчиной. Что она будет смотреть на него, смеяться над его шутками, притрагиваться…

Но когда увидел ее с Ильей, внутри все закричало, завопило. Нутро сжало стальными прутьями с шипами.

Моя она и больше ничья. Захотелось закинуть ее на плечо, как когда-то и утащить прочь в наш собственный мирок, где были счастливы однажды. Но не имел права. Мог лишь кулаки от бессилия сжимать.

Я действительно полагал, что не встречусь с ней, не увижу. Ведь не интересовался все это время о ней. Переводил деньги на счет, который открыл для нее и все. Даже не знаю, что она с квартирой сделала. Я просто стер ластиком ее имя из своей жизни.