Зарисовки моей души

– Не могу сказать того же, – пробормотала дочь так, что мы услышали.

– Ника! – одернула ее, но она лишь плечами пожала.

– Ясно, – сказал муж и сел на прежнее место.

Ника помогла расставить тарелки и разлила кофе по кружкам. Завтрак проходил в напряженной атмосфере. Никита еще спал, и я даже немного пожалела об этом – сын бы сейчас быстренько разрядил обстановку.

– Как учеба? – сделав очередную попытку завязать разговор, спросил Вова у дочки.

Вероника усмехнулась.

– Тебе уже интересно? А как же, цитирую: «На актерский поступают только неудачники» и «Сделаю так, что тебя и в буфет работать не возьмут».

Обожаю твои вдохновляющие речи.

– А ты не хами, – отрезал Ольшанский и сжал челюсти. – Так разговаривать будешь со своими театралами.

– Не-е-е-т, лучшее только для тебя, папочка.

Вова хлопнул по столу столь неожиданно, что мы подпрыгнули на месте. В тишине кухни это было похоже на взрыв.

– Не смей так со мной разговаривать! – поднял голос, он не орал. Нет. Говорил, как со своими подчиненными, которые до смерти боятся, когда Владимир Иванович из себя выходит.

 – Совсем от рук отбилась! Да я сделаю один звонок – и тебя выкинут из университета, и тогда посмотрим, какая ты будешь дерзкая! Я плачу за все. Я! За этот дом, за еду, что ты ешь, за шмотки, которые носишь. Взамен прошу лишь уважения…

– Мне от тебя ничего не надо, – прошипела Ника и демонстративно выплюнула еду обратно в тарелку. – Ни твоя еда, ни деньги, ни ты сам! Абсолютно ничего! Все сама заработаю.

– Хватит! – жестко пересекла я. – Мы семья или кто? Ника, не смей так разговаривать с отцом! Поняла меня? Ближе нас у тебя никого нет, прояви уважение. А ты, Вова, следи за тем, что говоришь и в каком тоне. Твои нравоучения никому не нужны, – видела, как у Вовы от напряжения запульсировала венка на лбу. Сейчас бабахнет. – Вероника! Вова! – вскрикнула, пытаясь призвать к разуму.

Но они не обращали внимания ни на что. Сверлили глазами друг друга.

– Вы что, ругаетесь? – послышался испуганный голос Никиты.

Посмотрела на сына, в его глазах стояли слезы. Ника еще немного посверлила глазами отца, а потом повернулась к брату, и ее лицо совершенно преобразилось.

– Все хорошо, младший, это мы с папой репетировали мой сценарий. Пошли в приставку поиграем? – предложила дочка, и мальчишка кивнул, но глаза все еще были испуганные.

– Ты получила роль?

– Да, поднимемся к тебе – все расскажу… Мама, спасибо за завтрак.