Затопь

Сначала Артуру показалось, что из-под свободной рубахи и коротких штанов у Фархата выглядывает какая-то более закрытая одежда, потом – что он где-то основательно запачкал лодыжки и предплечья, и только потом он сообразил: руки и правую ногу Фархата покрывала настолько плотная вязь татуировок, что они почти сливались в сплошную черноту. Левая нога пока была покрыта лишь частично, и на ней можно было различить какие-то отдельные элементы, не то значки, не то буквы.

Артур вынужден был себе признаться, что никогда прежде ему не доводилось видеть такую странно выглядящую компанию.

В отличие от Артура, Фархат не стал уделять новому знакомому особого внимания, только скользнул быстрым взглядом тёмных до черноты глаз, кивнул и сразу потерял интерес.

– Что с сетями, Лиззи? – спросил он, и Артур непроизвольно оглянулся по сторонам, пытаясь найти загадочную Лиззи.

– Мы всё принесли, а ты как думал, – ответила Кипятильник.

Так это она Лиззи, с удивлением догадался Артур. Более неподходящего имени сложно было представить, с Кипятильником новая знакомая отчего-то вязалась куда как лучше.

– Их надо просмотреть и привести в порядок, – Макс слегка коснулась плеча Кипятильника. – Наверняка придётся чинить, да и то…

– Может не хватить, – кивнул Фархат. – Но давайте разбираться с проблемами по мере их поступления.

У Артура сложилось впечатление, что именно они вдвоём руководили всем, что происходило в Затопи – что бы именно тут ни происходило. Макс и Фархат разговаривали уверенно, по-взрослому, словно действительно знали, что делать – и им не было необходимости отдавать приказы, все и так чувствовали, что Макс и Фархат лучше знают. Даже Артур моментально почувствовал это, хотя приказы Макс он предпочёл бы исполнять с куда большей радостью, чем какого-то мутного татуированного типа.

Рядом с Фархатом он отчего-то чувствовал себя неуютно. Тот был повыше и покрупнее, это да, и наверное, постарше, вроде Макс, но вроде бы не проявлял никакой агрессии…

Вот оно, поймал мысль Артур. Фархат не проявил к нему вообще никаких эмоций. Как будто Артур был всего-навсего ещё одним ящиком или мешком, который Кипятильник с Солнышком притащили в дом.