Затопь

Холодная и влажная футболка неприятно липла к телу, но он, пожалуй, готов был потерпеть.

Они вернулись в дом. Солнышко уже сидел за столом, немного не доставая ногами до пола, касаясь досок лишь кончиками пальцев. Макс и Фархат что-то обсуждали, понизив голоса, и тут же замолчали, обернувшись на вошедших Кипятильника и Артура. Тот ревностно отметил, что Макс, наклоняясь к Фархату двумя пальцами держала его за рукав рубашки.

– Как успехи, Лизхен? – поинтересовался Фархат.

– Лучше, чем можно было ожидать, – Кипятильник плюхнулась на табуретку, вытянула ноги вперёд.

 – Конечно, кое-где надо подлатать, но в целом сети в порядке. Надо будет подумать над расположением, но в целом, думаю, должно хватить.

– Смотря как расположим ещё, – напомнил Фархат.

– Да без тебя знаю, – окрысилась Кипятильник, и Артур отчётливо понял, за что именно она получила своё прозвище. Действительно, ни с того ни с сего она вдруг вскипала буквально за мгновение. Он не сдержал улыбки.

– Я уже кое-что прикинула насчёт расположения, – Макс выдвинула стул для себя.

 – Но давайте сначала поедим, а потом уже поговорим о деле, – она махнула Артуру рукой: – Садись.

Можно было трактовать её жест как угодно, но Артур для себя решил, что она показала на место рядом с собой, поэтому там и уселся. Никто вроде бы против не высказался, никто не посмеялся – может, его внезапная влюблённость в Макс была такой очевидной только для него самого?

Кипятильник и Фархат расположились напротив, Солнышко и Ида заняли оставшиеся стороны стола.

Не дожидаясь особых приглашений или специальных сигналов, все принялись за еду.

Артур уставился в тарелку.

Он почему-то ожидал, что посуда будет обычной, но разномастной, какую удалось отыскать в покинутом городе, однако тарелки явно оказались частью одного сервиза. И только спустя пару секунд Артур сообразил, что они самодельные. Плавные кривые формы, следы от пальцев, неаккуратный край – кто-то не поленился вылепить добрый десяток посудин разного размера, от крохотных блюдец до глубоких мисок, да ещё и расписать их минималистичными каракулями в виде рыб и птиц.

Смотрелось неожиданно неплохо, Артур подумал, что в каком-нибудь пафосном магазинчике дизайнерских вещиц для интерьера такой сервиз стоил бы больше маминой зарплаты – а тут, в Затопи, его просто вылепили от безысходности, чтобы было, куда накладывать пищу. Сам обед тоже показался ему каким-то нелепо-ресторанным.