Алиса, Джейн и фисташки

В этом месте Агап чувствовал себя весьма вольготно. Добродушный Платон особо не обременял своего гостя заботами, так что Агап изредка смахивал пыль с книжных полок и поливал чудо-дерево, а большую часть времени спокойно читал книжки и пытался превратить обычные булыжники в золото, правда пока безрезультатно. Пусть ему и надоел этот драгоценный металл, однако колдун понимал, что он еще может ему пригодиться, как пригодился во время побега. Вот только покидать горы Агап боялся. Свобода дороже любопытства.

– Да ничего особенного, – отмахнулся Платон.

 – Какой-то малец по имени Зиновий изъявил желание написать статью о моей библиотеке.

Затем старик перешел к следующему шкафу. Здесь он принялся основательно переставлять книги по алфавиту. После недавних поисков мемуаров одного из философов Атлантиды, Юпитера Цикория, Платону пришлось учинить вот такой небольшой беспорядок.

– Как интересно, – немного отстраненно произнес колдун и встал около окна, безмятежно попивая свой утренний чай с базиликом. Вся эта беготня с книжками была ему неинтересна.

Разве мир перевернется оттого, что эти книжки не будут стоять буковка к буковке?

– Где и когда мы будем читать сие произведеньице? – продолжал Агап, наблюдая, как за окном порхали птицы в лучах утреннего солнца.

– А кто сказал, что оно вообще будет? Зачем, чтобы мою библиотеку мусолили без повода? О ней знают только те, кому это положено знать. Здесь хранятся древние книги, которые нельзя давать в руки совершенно посторонним людям, далеким от философии и устройстве нашей Вселенной.

Посмотри на них, да они могут рассыпаться сию же секунду от одного лишь касания. Я хочу сохранить это богатое наследие, а не выставлять его напоказ, будто какие-нибудь любопытные экспонаты.

– Право твое, – сделав глоток, колдун перестал разглядывать птичек и окинул библиотеку скучающим взглядом.

Ему так и не удалось понять, для чего она вообще существует, если за все это время, которое он проводил в ее стенах, никто сюда ни разу и не пришел. Кому нужны все эти книжки? Может, только одному Платону, раз он так за них радеет? Но благо, что в этой библиотеке колдун мог наслаждаться долгожданным и вполне заслуженным покоем, поэтому существовать она определенно должна была.

Улыбнувшись, Агап вновь посмотрел в окно. Его лицо вдруг посерело от испуга.

* * *

Ночью Платон проснулся от какого-то непонятного запаха. Его нос всегда был чувствителен к разным запахам, и в этот раз не было никаких исключений. Пахло дымом.