Ужасный Эдди

Я могу восхищаться другими, но это же на уровне слов, эмоций, здесь нет опасности для тебя. Только ты – любимая».

«Я не желаю быть даже первой в списке, никаких списков!!!» – негодовала я, но он только смеялся и целовал меня.

Через пять дней я передала группу другому человеку и уехала в монастырь. Я приезжала туда каждое лето на пару недель. Там было очень тихо, понятно, справедливо. Природа не отклоняется от заповедей, которые раз и навсегда установлены Творцом, она говорит Его языком, в ней нет страстей.

Наверное, поэтому я так любила это место.

Старое монастырское кладбище, подбирающееся под окно моей кельи, молчаливые улыбчивые монахини, повседневные сельские заботы, в которые я погружалась, когда приезжала сюда – все это смиряло, успокаивало, делало мелким и незначительным городские потуги выглядеть модно, быть успешной, востребованной.

Здесь я вставала в 5 утра и шла пасти коров. Утром сырость пробирала до костей, поэтому я куталась в старую куртку и строила себе небольшое гнездо из влажной соломы, из которого можно было поглядывать на серенькое небо, прелую траву, на моих рогатых питомиц, которые бродили рядом.

Были там выдающиеся особы: хитрая Дарина, которая обманным ходом через овес пробиралась к теплице с помидорами, маленькая Калинка, недавно отлученная от вымени, выпрашивающая молоко у матери, старая забияка Зорька с закрученными рогами… Иногда я кормила Калинку изюмом, который монахини давали пастухам, чтобы было чем перекусить в поле. Тогда молоденькая телка высовывала свой длиннющий язык и лизала мои штаны. Лучше они от этого не становились, это точно.

Перед вечерней службой я ходила на источник, найденный в 19 веке. Дорога вела под гору, она была такая знакомая, родная – казалось, каждый куст здоровается со мною.

До сих пор я совершаю туда мысленные прогулки: спускаюсь по извилистой узкой тропинке, заросшей по бокам травами и кустами, прохожу мимо густого орешника, внизу сворачиваю направо. Там светлый смешанный лес, сосны, березы, немного малины…

Я прохожу еще немного и вижу старый деревянный колодец с привязанным ведром и железной кружкой на борту.

Этот сруб поставили 100 лет назад, когда обнаружили святой источник. Если жарко, я набираю полное ведро, быстро раздеваюсь, и опрокидываю его на себя. Еще не высохнув, натягиваю платье и сажусь на ветхую лавочку рядом. Через пару минут ногам становится щекотно: несколько десятков пестрых мелких мотыльков садятся на кожу и пьют воду.