Ложный вакуум

От пережитого ужаса не осталось и следа. Бонни оторвалась от поцелуя и огляделась. Она представила себя привидением, которое издревле ошивалось среди этих земель, помнило всех жителей этой покинутой деревни; как времена становились прахом, как ветер поднимал этот прах высоко к небу и мешал с облаками – приведение видело всё это, и только оно ведало, чего стоит вечность. Оно одно знало, каковы на вкус губы покойника.

Не моё тело, думала Бонни, не мои мысли, не мои слова. Разве можно умереть, не пережив смерть? В этом загадка…

За окном вершилась ночь.

Издалека послышался вой сирен и шум нескольких моторов. Они торопились сюда, они нашли машину, которую бросили любовники в миле отсюда. Отборные ищейки, охочие до таких безумцев, как они, шли по горячим следам.

Проведя ладонью по белой шее своего возлюбленного, Бонни взяла в руки «смит-и-вессон» – странно, его рукоять оказалась невероятно тяжёлой, – и села у окна. Рёв приближался. Сирены завывали всё громче, напоминая Бонни свору собак.

Она не любила собак – однажды на неё спустили нескольких псов, и если бы не соседский парнишка, её порвали бы в клочья брюзжащие слюной несколько вонючих пастей с жёлтыми клыками.

Когда скрип шин стал совсем невыносимым, звуки вдруг оборвались.

Напротив Бонни находился дверной проём; казалось, пространство комнаты было готово провалиться в эту прямоугольную черноту.

Хлопнули дверцы, застучали каблуки. Законники отдавали приказы, что-то выкрикивали, и крики тонули в равнодушной ночи.

Внезапно над головой Бонни зажёгся свет – исступленным призраком он вторгся в темноту и рассеял сажу; стали видны крупицы пыли, доски оголили свою состарившуюся кожу, которая давно стала прибежищем всяких паразитов и членистоногих тварей. Этот свет был самим правосудием. Но у него не было столько власти, сколько у ветра.

Лязг затворов.

Бонни поднялась и немного выглянула из окна. Перед фасадом стояло несколько машин ФБР, по двору рассредоточились федералы и полицейские. Некоторые были вооружены автоматами.

Остальные – револьверами или автоматическими пистолетами. У дальней машины стоял высокий человек в расстёгнутом пальто и шляпе. Бонни не могла рассмотреть его лицо. Из-за пущенного на фасад света прожекторов все эти люди казались чёрными фигурками, будто игрушки.

– Клайд Честнат Бэрроу и Бонни Элизабет Паркер! – выкрикнул человек в расстёгнутом пальто. – Я не собираюсь вам зачитывать все ваши преступления. Вы и так всё знаете.