Лепестки ненависти

С одной стороны, это предположение немного расстроило тщеславного от природы пианиста, а с другой – дало ему надежду вести себя относительно свободно. Сяо Вэй тоже присмотрелся к своей случайной визави, но потерпел фиаско, пытаясь угадать её возраст. Она больше походила на европейку с крашеными светлыми волосами по плечи. Он дал бы ей от двадцати семи до тридцати пяти лет, но вообще к другим людям он никогда особо не присматривался, ведь фокус его внимания обычно всегда был обращён на самого себя, поэтому и навык определения возраста окружающих у Сяо Вэй был развит слабо.

Процесс обоюдной игры в гляделки через несколько минут наскучил обоим. Сяо Вэй не осмелился ничего говорить по-китайски, а она, однако, решительно развернулась к нему спиной, намереваясь уходить. «Айдол от классической музыки», как его неофициально прозвали на родине, открыл и закрыл рот. Она вот так просто взяла и пошла прочь?!

Его эго было настолько уязвлено, что, несмотря на всю странность ситуации, он подскочил к женщине, схватил ей за рукав страшенного старого свитера и воскликнул по-английски:

– Hey, wait! I… I… I don’t know what I’m doing here, but I need some help! Please, explain to me what’s going on!!![3 - Эй, подождите! Я… я… я даже не знаю, что я тут делаю, но мне нужна помощь! Пожалуйста, объясните мне, что происходит!!!]

Под его напором она замерла в полушаге от калитки, перевела выразительный взгляд на вцепившегося в её предплечье парня, отчего он внутренне похолодел и тотчас отпустил рукав с кучей извинений.

Всклокоченная и ненакрашенная, она производила двоякое впечатление. Хотелось, будучи таким холёным и чистым, одетым в люкс, просто держаться от неё подальше. А ещё… у неё было интересное выражение лица. Оценивающее, но не вульгарное. Её черты, как неожиданно для себя отметил Сяо Вэй, выглядели гармонично и пропорционально, глаза, хоть и смотрели недружелюбно, полнились тем самым покоем, который ему доводилось замечать при общении только с умными людьми. Подобное он улавливал, когда подолгу смотрел на портреты композиторов, полотна старых мастеров и когда разговаривал с выдающимися представителями академического мира.

Она хмыкнула и бросила через плечо, продолжая прерванную ходьбу:

– First of all, you are the one who is being the intruder here. You haven’t even introduced yourself to me yet, why would I condescend to any explanations?[4 - Прежде всего, это именно вы здесь вмешиваетесь не в своё дело.