Лепестки ненависти

А пока…

Сергей Васильевич визжал. Такого голоса у него никто ещё не слышал. Там, где у человека обычно находятся уши, у амбициозного директора стройзавода образовались зияющие провалы, сквозь которые застывший на стуле Беляков смог увидеть надпись «слайд 6» на проекторе в противоположном конце конференц-зала. Это, правда, длилось всего несколько мгновений, а потом что-то ощутимо хрустнуло, как сухарик на зубах, и из чётких круглых дыр поползла розовая каша.

Кто-то из присутствующих сдавленно вскрикнул.

Галина Леонидовна кинула оценивающий взгляд на то, во что трансформировался дёргавшийся перед ней человек. Его череп деформировался, глазные яблоки лопнули, рот перестал издавать звуки, а голова упала на грудь, повиснув на странно истончившейся шее.

Беляков, не смея выдохнуть, наблюдал за коллегой. У Сергея Васильевича обнажился позвоночник, прорвав лоскуты кожи, а заодно и ткань костюма на спине. Было ясно, что директор стройзавода мёртв. Когда его агония прекратилась, начальница сделала шаг к Белякову.

Виктор Петрович в этот момент осознал, что такое «медвежья болезнь».

Галина Леонидовна бережно сняла с запястья хронометр и протянула его Белякову со словами:

– Виктор Петрович, вы – моя правая рука на данный момент. Это дивное устройство изобрёл мой папа, и я ценю ваши добрые слова о нём. Спасибо вам за поддержку. Мне будет необходимо кое-куда отлучиться недельки на две, и там, где я буду находиться, папино изобретение может быть подвергнуто опасности.

Пожалуйста, будьте любезны, примите его на ответственное хранение до моего возвращения.

И Беляков в предобморочном состоянии взял из её нежных ладоней убийственно холодный металлический ремешок, стараясь избегать случайного прикосновения к шестерёнкам.

…Да, что ни говори, а Виктор Петрович не зря всю жизнь считал себя предусмотрительным человеком. Прошло уже больше недели с момента бегства Лизы Тихоновой. А с того дня, когда страшные часы были торжественно вручены ему, минуло полгода.

Совет директоров их холдинга пребывал в непередаваемом напряжении все эти долгие месяцы, ведь Галина Леонидовна не созвала их через обещанные две недели, а бесследно пропала так, что достучаться до неё через современные средства связи не представлялось возможным.

Конечно, с того момента он всё же взял на себя смелость разобраться в принципах действия хронометра, но на практике тайком опробовал механизм лишь, стыдно признаться, на дворовом коте.