Национальный парк

– Да что же это такое! – возмущенно пробасил охрипший голос, и постоялец поплелся открывать, собираясь устроить скандал, но на пороге стоял взволнованный друг.

– Что с тобой случилось? – спокойно подвинув высокого, стройного, но несколько коренастого Арсения, Кирилл прошел в номер. – Мы несколько часов пытаемся достать тебя.

– Я был в душе, – зевая, равнодушно ответил молодой человек.

Он провел ладонью во взъерошенным коротким русым волосам, стряхивая с них мокрые капли.

– Арсений, – настороженно посмотрел на него друг, – когда ты в последний раз включал телефон?

– Как проснулся, но почти сразу же выключил, – безразлично сказал он.

 – Да в чем собственно дело? Ты как будто хочешь мне что-то сказать, но все ходишь вокруг да около. Кстати, не видел случайно Эрику?

– Нет, – отмахнулся Кирилл, словно не хотел менять тему. – Прости, друг, но тогда плохие новости получишь именно от меня.

Арсений замер, вдруг поняв, что действительно что-то стряслось.

Его лицо посуровело, а в зеленых глазах промелькнуло беспокойство.

– Твои родители разбились, – Кирилл храбро смотрел на друга, не отводя взгляд.

– Чего? – как-то нервно усмехнулся Арсений. – Вы так неудачно решили меня разыграть? Наверное, они здесь и сейчас появятся из-за двери, чтобы всем вместе посмеяться над моим видом.

Но собеседник явно не оценил иронии, а только посуровел еще больше.

– Да хватит тебе, Кирилл, ты же знаешь, что не переношу подобные выходки.

Может, я и могу напиться как последний идиот, но последние остатки рассудка все еще при мне.

– Никто и не пытается подшутить над тобой, – без улыбки ответил друг.

– Погоди, – отрицательно замотал головой молодой человек, никак не желая принимать эту новость всерьез. – Мои родители должны были на днях вернуться из Женевы в Москву, и мы собирались узким кругом еще раз отметить мой день рождения.

– Самолет разбился недалеко от аэропорта. Во время полета возникла какая-то неполадка, и пилот не смог посадить воздушное судно.

До тебя пытались дозвониться, но ты или не брал трубку, или был недоступен. По оставшимся контактам они вышли на меня. Не спрашивай, почему не на Эрику, я понятия не имею и это волновало в тот момент меньше всего. Когда пришел в твой номер в первый раз, никто не открыл, видимо, не слышали.

– Ты говоришь эту ерунду мне? Авиационному инженеру? – сухо и злобно сказал Арсений.