Игры Богов. Книга первая. Захватчик: Тропою войны

Сделав круг, филин опустился на круглый, поросший мхом камень у зарослей дикого шиповника и моргнул одним глазом.

Старик огляделся.

Земля вокруг была сильно притоптана, трава примята, некоторые ветки безжизненно висели на тонких ворсинках.

Неожиданно окружающую Старика тишину разрезает душераздирающий крик, доносящийся, казалось, из самой глубины камня и глухим эхом проносится между верхушек спящих деревьев, разбудив дремавших в её листве воронов, с криком взметнувшихся в тёмное небо.

Старик осторожно раздвигает колючие ветки, пробираясь к горе.

Ещё, ещё…

Старик осторожно протягивает руку сквозь кусты и чувствует, как холодная каменная влага касается его ладони.

Неожиданно пальцы проваливаются вглубь стены. Раздался сухой треск.

Яркий белый свет, неожиданно вырвавшийся из-за кустов у самой горы, ослепил Старика и тот отшатнулся, прикрыв глаза рукой.

И тут же из земли, на месте где только что прошёл старик, помятая трава вытянулась, а сломанные ветки с новой силой потянулись вверх.

Переливаясь всеми цветами радуги, свет исчез так же неожиданно, как и появился. А на месте его возникновения в скале засияла чёрная дыра, уходящая далеко-далеко вглубь.

Старик задумался, решая, идти или нет. Но филин принял более быстрое решение и, бесшумно хлопая крыльями, скрылся в пустоте.

Темнота окутала Старика. Он замер. Протянул руку.

Ничего.

В стороны.

Сухая, холодная каменная поверхность.

Старик повернул назад, но наткнулся на такую же каменную стену.

Старик сделал шаг.

И тут же часть пути осветилась мерцающим белым светом.

Ещё шаг.

Свет засверкал дальше.

Ещё, ещё, ещё…

С каждым шагом световой коридор становился всё длиннее и длиннее, пока, наконец, не заполнил всё пространство вокруг.

Старик, уже занеся ногу в очередном шаге, едва успел остановиться на краю площадки, резко спускающейся вниз.

Перед ним, залитый мерцающим светом, открылся огромный каменный зал, в который вели ступени со всех сторон стены.

С каменных стен на Старика, словно замершие в сражении, смотрели фигуры змееголовых существ и огромных птиц, у ног которых маленькие фигурки людей в звериных шкурах застыли в ритуальном танце под бубен окаменевшего в прыжке шамана.