Франкфурт 939

Выгонит со службы. Ага, конечно. В первый раз, да и во второй угроза действовала, а вот теперь как-то не очень. Скорее всего, им даже жалование выплатят, но приуныть всё-таки надо, а то ещё и впрямь накажет.

– Тео, – капитан махнул ему головой. Дескать, отойдём в сторонку. – Я поговорил с Титмаром, он не прочь взять тебя под своё крыло.

Титмар – почтенный нищий стражник. Славен своей неподкупностью. Одноглазый седой старик, никогда не был женат и без детей. Живёт в ветхой халупе на отшибе. Место стражника у ворот Рая ему обеспечено.

Вообще, мужик всем хорош, кроме сварливого характера, дурного запаха изо рта и неприглядной жизни. С молодости охраняет улицы Франкфурта, почти сорок лет с мечом в руках и вот он результат безукоризненной службы. Нет уж, спасибо.

– Я благодарен, но своих не брошу.

– Глупо, Тео. Очень глупо. Думаешь ты верный? Нет, ты глупый. Они тебя до добра не доведут. Уже, поди, втянули в неприятности. Ай, иди отсюда. И вы тоже, пошли вон, – крикнул он Эду и Томасу.

– А с этими что? – поинтересовался Эд, указав на буйных купцов и здоровяка на полу.

– Сам ими займусь.

– Так, а что нам делать-то? Куда идти?

– Вон, я сказал!

– Понял-понял, уходим.

Все трое вывалились на улицу, где наткнулись на Конрада и его парней. Те рады встрече, на лицах ширятся улыбки. Для них – момент триумфа, для Эда – унижение.

– А вы что тут забыли? – брезгливо поинтересовался он.

– За вас работу делаем. Когда Бернард узнал, что вы, недоумки, опять облажались, послал за нормальными стражниками, – ответил ему Конрад.

По комплекции он похож на Эда, но наголову выше, и борода у него гуще. Шайка крупнее, уважают его больше, жена красотка, и сыном все восхищаются.

– Вы уже совсем обнаглели, на службе пьёте? – Конрад указал на кувшин.

– Это морс, – вставил слово Томас.

– Разве я с тобой, червяк, общаюсь?

– Ты за словами следи, баран кудрявый, – встал на защиту друга Эд. Тут он молодец, конечно. Может сколько угодно поносить Томаса бранью, но другим того не позволяет.

– Нарываешься? – Конрад приблизился вплотную и навис над Эдом. Даже слегка привстал на носки, чтобы казаться выше. Тео молча вытащил свой огромный нож, ударил лезвием по пряжке и встал в позу «Я к драке готов, а ты?»

А Конрад не готов и Эд не готов, и никто другой из стражников не станет драться на людях. За это уж наверняка попрут со службы, а то и за решётку кинут. А если кто помрёт, так и башку срубят. Тео об этом знает, как и о своей репутации.