Франкфурт 939

Три дня Клыка выслеживали, а тот едва попался на крючок, дал такого стрекача, что только пятки сверкали. Любой заяц бы позавидовал. И это гроза трущоб. Сорвалась рыба. Посыпались взаимные обвинения и упрёки, все перессорились и разбежались. Эд с Томасом, которых в отряд не позвали, очень радовались, что ничего не выгорело.

А может, вот она – новая возможность? Или она упущена ещё прошлой ночью? Да, возможность умереть по глупости упущена, жалеть о ней не стоит. И тогда и сейчас у Клыка преимущество.

Оконные створки на втором этаже слегка приоткрылись, внутри кто-то крикнул: «Это те стражники».

Дверь распахнулась, на пороге показался Хорёк – мелкий ублюдок. Он в шайке самый молодой и говнистый. Ростом чуть выше осла, шея как у гуся, лисий прищур. Вышел, огляделся, заглянул за угол.

– А остальные где, за пазухой что ли спрятались? – спросил и захихикал.

Хорёк – обладатель заразного смеха, отчего все глупые шутки чуть смешней. Он в шайке навроде Томаса. Такой же непутёвый бездарь, на кого легко свалить все делай «сходи-принеси», и тоже с радостью берёт на себя обязанности шута.

Ну вот, очередная глупая шутка, к тому же несвежая, и мерзкий смех. Она не стоит того, чтоб её рассказывать. Да, в первые семь раз и впрямь было смешно, но за годы унылый юмор опостылел.

– Чего такие кислые, шуток не понимаете? Чёрт с вами, заходите.

Первый этаж пустой, его часто затапливает. По линии плесени видно, докуда в последний раз доходила вода. Зато второй – просто пестрит утварью. Обставлен в стиле «Чёрт-те что».

Свалка дорогих вещей. Смесь изящества и безвкусицы. Так и бывает, когда богатеют невежды. Не то чтоб Тео сам из высшего общества, но побывал и в замках, и в усадьбах, и в домах знатных особ. У них такого нагромождения мебели, ваз и ковров нет. Тут даже статуя зачем-то в самом центре. На руку ей повесили ножны с мечом, а на голову нацепили римский шлем с гребнем.

Вся шайка в сборе, только Клыка не видно. И это плохо. Плохо, когда залез в берлогу к медведю, а его нет. Он может оказаться за спиной.

«Да что с тобой?Угомонись, эти не так хитры и коварны. Ты только глянь на них – сидят, боровы, жиры переминают, пиво хлещут. Хотели бы убить, давно бы уже прикончили».

А вот и Клык объявился, выскользнул из темной комнаты. Хотя какой там выскользнул, этот громила ростом с Томаса, а шириной с Эда. Он на такое не способен. Скорей уж, выкатился, словно бочка из кладовой. Ходит, переваливаясь всем телом, будто ему на двух ногах неудобно.