Жизнь без света

– И тогда?

– И тогда, что мы имеем? – и здесь мои шизоидные тенденции в виде многомудрого здравомыслия успокоились, и приступил я к осаде, ибо штурмом с кондачка эту тему не пробьешь. А то, что я разговариваю сам с собой, так это от того, что живу один. А когда живешь один, так не только сам с собой разговаривать начнешь – и с совестью своей, и с голосом внутренним, и с чертом, и с дьяволом.

Итак, что мы имеем? Есть слепые, они живут своим миром. Как они живут? Откуда берется слепота, как люди теряют зрение? Много вопросов, с чего начнем? «Зри в корень», – учил г-н Прутков.

Позрим. С них, с корней, и начнем, но сначала блиц: быстро, навскидку кого-нибудь из слепых, из великих, быстро! Гомер, Брайль, прозревший евангелист Иоанн. Негусто. Тогда из нынешних. Ванга, поэт Асадов, Ширинг Джорж, тот что «Lullaby of Birdland» написал. Кто еще? Рэй Чарльз, с этим проще, этого больше знают – «Hit The Road Jack» пел.

Из ныне здравствующих Стиви Уандер, Андреа Бочеллии, кто еще? Давай-давай, мастер спорта по кроссвордному спорту, вспоминай. Из наших, из сегодняшних, кто? Манукян. В Москве – некто Аккуратов, совсем еще молодой клавишник, но джаз парнишечка играет тонко и, согласно фамилии, аккуратно. Всё. И все музыканты, а где поэты, поэты слова, поэты мысли? Нету? Ладно, их и среди зрячих сегодня столько же.

Кхм, ладно, зайдем с другой стороны: а каково это быть инвалидом по зрению, как им вообще приходится, как у них обстоят дела?

А пусть-ка об этом поведает нам г-н директор – директор фантомного предприятия слепых.

Телефончиком его я у Колтыганова разжился. Надо, надо с этим деятелем повстречаться, пообщаться, так сказать, с пристрастием.

И она ж таки состоялась, состоялась эта встреча! Не сразу и совсем не сразу, пришлось половить, уворачивался, вертелся пан директор, да не отвертелся. Ну, здравствуй, родной! Прошу и вас, дамы и господа, присутствовать.

Хороший человек директор, открытый, душа нараспашку, на красную разъетую морду глянешь – сразу видно, гнида. Это не голубой воришка Альхен из 2-го дома Старсобеса, это циничный, матерый ворюга – майор-интендант в отставке. Встречался мне такой майор – бравый, наглый, шумный, надо и не надо орал: «Я – боевой офицер! Я в Афгане! В Кандагаре! Мы духов!» и все такое.