Жизнь без света

Они понимают, что они теряют и от этого не покидающее чувство паники, обреченности, но у них есть время подготовиться к слепоте. А вот кто, как шофер внезапно, тем по-настоящему тяжело, даже представить страшно, ведь сразу исчезает всё! У кого-то в глазах чернота, у кого-то яркие круги или молнии, вспышки или искры, а потом ничего. Человек не видит ничего, он слышит, чувствует запахи и не видит… ничего. Потом начинают душить мысли: «Как зрение вернуть? Ведь что-то же можно сделать!», и, когда становится понятно, что сделать уже ничего нельзя, начинается другой извод: «Почему?! Почему это не с кем-то?! Почему со мной?!» А потом: «Где? Что? Как? – Где я? Что вокруг меня? И как жить дальше?» А человек ведь все еще пытается жить по-старому, что-то делать и, что-то делая, ощущает свою полную беспомощность, ничего не получается, все не так, все непонятно.

Ломается жизнь! Рушится! И нужно опять, как только народившемуся младенцу, учиться жить, учиться есть, учиться пить, ходить, терпеть беспомощность, зависимость от других, терпеть и не подавать вида, терять друзей и искать, снова искать свое место в жизни. И чувствовать, осознавать, как сужается круг друзей, а ведь сколько их было! И сужается не только круг друзей, сужается все: пространство до стула или кресла, в котором сидишь, сужается до расстояния вытянутой руки, сужаются возможности, общение, сужается все, кроме беспомощности… И усталость постоянная, изматывающая и чувство безысходности и, кажется, нет им конца! Конца страданиям! Поистине, ум страдает, а тело вопиет. Вот он где ужас! А есть ли вообще предел ужасу?

А знаете, что, давайте, чтобы этот ужас стал еще понятней, вспомним эпизод из «Андрея Рублева» Тарковского, где идут по лесу мастеровые люди, они только отстроили Великому князю хоромы белокаменные, расчет получили. Но не сполна – приказал князь холопам своим догнать мастеровых и выколоть глаза, чтобы брату его в Звенигороде хором краше его не построили. Смотришь, и от ужаса мороз по коже – ножами, кинжалами в глаза…

Отдышались?

Теперь понятно, что чувствует человек, лишившись зрения? А вот что дальше? А дальше посттравматический синдром – человек понимает, осознает, что он потерял, ведь когда он видел, он был уверен в себе, он все мог, он знал, как и куда, это же так просто – видеть, так же просто, как дышать и вдруг все – кислород перекрыт! И вспоминается зрения лишившемуся, как раньше, иногда, очень редко попадался ему на глаза странный человек в черных очках.